Кадр сменился. Теперь с экрана смотрела я. Чертовски фотогенично! Зияд тем временем вернулся на экран и продолжал своим гнусавым голосом:
«Его величество король, члены королевского совета, обеспокоенные данным враждебным фактом, распорядились временно ввести на территории Эр-Рияда комендантский час и ограничить выезд из города любого транспорта. Могу заверить жителей нашей столицы, что преступница и ее главный сообщник, долгое время скрывавшийся под именем Бадр Захарави и предварительно внедрившийся в службу безопасности Королевского дома, будут найдены и обезврежены. Мною отдан приказ всем подразделениям, задействованным в антитеррористической операции, стрелять на поражение, живыми брать запрещено. Гуманность не для таких отщепенцев, пользующихся нашим гостеприимством и наносящим нам удары в спину. Запомните эти лица! — На экране возникли фотографии мои и Бадра. — Любому, кто укажет их местонахождение, если информация окажется достоверной, я лично выплачу десять миллионов риалов».
Затем камера показала трупы охранников Зияда, монотонный закадровый голос бубнил, что остальные трупы изувечены настолько, что от их показа пришлось отказаться, чтобы не травмировать психику женщин и детей. Вот лжецы, там всего один труп, а не трупы, что в моей каморке без штанов лежал.
Бадр, почувствовав мое состояние, успокоительно взял мою руку, но тотчас отдернул, вспомнив нашу недавнюю размолвку.
— Не переживай, Саша, они нас не возьмут. Больше я не дам тебя в обиду!
Ну вот как можно не любить такого славного парня? Но не в моем случае, хотя чувство симпатии и глубокой признательности мне было не скрыть ни от него, ни от себя.
— Бадр, давай определяться с дальнейшими планами. Мне в любом случае нужны бумаги. Даже если мы выберемся из города, нам не сесть ни на самолет, ни на судно. Ты же работал в службе разведки, неужели у вас там не было подпольных изготовителей документов? Мне пойдет гражданство любой страны, а как доберусь домой, восстановлю свои настоящие.
— Саша, после того как мое фото показали по телевизору и на всю страну объявили шпионом, никто мне не захочет помочь. Да и все места дислокации явочных квартир, пароли, шифры наверняка сменили. Кстати, ты, когда устроила побег, как ты собиралась перейти границу с Иорданией? Ты же двигалась в сторону от пограничного перехода.
— Я хотела пройти по пескам, минуя патрули. Меня так и привезли в Саудовскую Аравию, — ответил я, ставя на стол бутерброды, и заваривая кофе.
— Тебя везли профессионалы, которые знают карты минных полей, знают места зыбучих песков, расписание патрулей. Если бы мы тебя не догнали, ты, скорее всего, была бы мертва, — промычал с полным ртом араб.
А вот про мины и зыбучие пески мне никто не говорил! Хорошо, что в тот момент я не знал, иначе не решился бы на побег.
— А ты знаешь про места, где мины и патрули?
На мой вопрос Бадр кивнул утвердительно и, проглотив разжеванный бутерброд, огорошил меня:
— Только это не сработает. В том направлении нас и будут искать. Зиад знает, откуда тебя привезли. Логично, что ты будешь пытаться вернуться именно в Иорданию. Наше единственное спасение — отсидеться пару недель, пока не спадет интенсивность поисков и не замылятся глаза у наших охотников. Потом мы рванем в противоположную сторону, предположительно, в Джидду, искать нас там никому не придет в голову. В порту много кораблей, возможно, нам удастся попасть на один из них, направляющихся в арабоязычные страны Африки. Решить проблему с документами для тебя в Алжире или Ливии будет намного проще. Ведь для тебя неважно, какого государства будет паспорт?
— Абсолютно неважно, для меня важнее легализация. — План мне казался разумным, кроме одного: — А как мы попадем на корабль? Разве там нет проверки пограничной службой?
— А как, ты думаешь, тысячи нелегалов попадают в разные страны? Деньги! А с деньгами, Слава Аллаху, у нас нет проблем.
Бадр уже умял третий бутерброд, когда я шлепнул его по пальцам, защищая свои три оставшихся. Это ему кажется, что я хрупкая девушка, мне, чтобы наесться нужно больше, чем ему, обмен веществ такой.
