— Бадр, тебе не кажется это странным? Нас разыскивают, и чисто случайно именно к нам попадает полицейский с просьбой напиться? — Меня начинала бесить его доверчивость.
— Саша, успокойся, это действительно было случайно. Он выпил две кружки воды, и вообще, он молодой парень, только вышел на работу, даже разболтал секретную информацию.
Бадр был абсолютно спокоен, это немного успокоило и меня. Этот человек служил в разведке, был телохранителем принца. В его компетентности сомневаться не приходилось.
— А что за секретная информация? — Мне не терпелось услышать ответ.
— Пойдем в дом, Хабиби, информация плохая. — Бадр забрал у меня сумки и повел за собой. — Сегодня власти начали тотальную проверку города, начиная с северной части. Проверяют все: дома, квартиры, гостиницы, ангары, транспорт, так как они считают, что из города выехать невозможно. Уверены, что мы здесь, и намереваются найти нас таким методом. Думаю, дня через два или три они дойдут и до этого предместья, а значит, послезавтра — это крайний срок, когда мы должны покинуть город.
— А я столько продуктов купила! — Мои слова прозвучали чисто по-женски.
Бадр рассмеялся.
— Не переживай, Хабиби, вот доедем до Алжира или Ливии, я тебя этими продуктами с ног до головы засыплю.
— Дурак ты, Бадр! Девушек цветами и бриллиантами надо осыпать, а не быстро гниющими продуктами.
Бадр усиленно вспоминал и, обрадовавшись, выдал:
— Мюдак, да?
— Мудак, — согласился я, — но самый лучший мудак на свете.
Остаток этого и начало следующего дня мы провели, изучая карту Эр-Рияда. Эта и еще несколько других карт жили в «тревожном чемоданчике» араба. Чертя ногтем по карте, он показывал мне автомагистрали, входящие и выходящие из города. Даже в обычное время на всех них есть полицейские посты, а сейчас без внимания не оставлена, наверное, даже самая захудалая проселочная дорога. Если учесть, что еще армейские части привлекли, значит, и посредине пустыни можно наткнуться на патруль.
В новостях ничего интересного не было, только награду за нас теперь подняли до пятнадцати миллионов риалов. Задумчиво смотря на карту, я усиленно пытался найти выход из сложившейся ситуации. В лучшем случае, у нас в запасе завтрашний день, но может и его не оказаться. А что потом? Отстреливаться до последнего патрона и завалить как можно больше врагов? Да не пойдут они на штурм как слепые котята, шарахнут из гранатометов и потом соскребут наши остатки в пластиковые мешки. В тысячный раз глядя на карту, я заметил ровную прямую линию серого цвета, выходящую из города в западном направлении и уходящую немного в пустыню.
— Бадр, что это за линия? Автомагистраль?
Араб проследил за моим пальцем и отмахнулся:
— Это недействующая канализация, построенная еще при покойном короле. Он собирался забирать часть воды из долины Вади Ханифа, чтобы наладить такую систему, которая бы очищала город, вынося нечистоты в пустыню. Но отвод воды вызвал неурожаи в Вади Ханифа, люди разорялись, и проект закрыли.
— Бадр, это же наш пропуск из города! Кому придет в голову устраивать засаду в канализации, да еще и недействующей?
Бадр внимательно слушал меня, затем вскочил и, подняв на руки, закружил по комнате:
— Ты гений, хабиби! Гений!
— Бадр, поставь меня на землю.
Я говорю грозно, но ликующий араб меня не слышит. Наконец опускает и с восторгом смотрит на меня:
— Никогда бы не додумался, а ведь мы мальчишками бегали туда ловить змей. Змеи любят греться в бетонных трубах.
— Подожди, это закрытая система, это трубы?
Мое сердце упало. Я-то рассчитывал, что канализация представляет из себя традиционную арычную систему отвода нечистот. А ползти по бетонным трубам десятки километров… К тому же там еще и змеи! Меня передернуло от упоминания змей.
— Да, Хабиби, бетонные трубы, но ты даже не коснешься головой потолка. Мне придется немного нагнуться.
— Бадр, это сколько километров нам придется идти? — Надежда на исход появилась после упоминания о размере труб.
— Зачем идти? Мы поедем, поедем на ямахе! — Он оживился, несколько раз вскочил и прошелся по комнате, снова засел над картой. — Смотри, Саша, вот здесь заканчивается система канализации, если преодолеть по пескам двадцать километров к югу, мы выезжаем на трассу около города Эль-Музахимия, который лежит на магистрали. Эту магистраль называют дорогой Хаджа или Мекканской дорогой. Если нам удастся выехать туда, то все в порядке. На ней десятки тысяч паломников, и полиция очень лояльна к ним, не останавливает. А от Мекки до Джидды рукой подать.
На Бадра было приятно смотреть, он преобразился, кипучая энергия била из него. Оставив меня готовить обед (ну, получит свой салат с консервами), он занялся мотоциклом: заводил его, газовал, выехал на улицу, отсутствовал минут пять. Вернулся довольный и с ходу набросился на незаконченный салат.
— Хабиби, ты так вкусно готовишь!
Я чуть не упал. Нарезанные помидоры и огурцы назвать вкусной едой — это надо быть голодным или подлизой!
