– Вы у себя в Москве можете в одиночку, да даже не в одиночку, а с мелкой гражданской… – Старший так выругался, что у Алексея вытянулось лицо. Мишка устало похлопала его по плечу – она уже не раз присутствовала при таких разносах. У дяди Сережи еще ни разу не было такого начальника, который бы с самого начала хорошо относился к ее участию в расследованиях. А в данном случае ругательства вообще были оправданны, хотя направлять их стоило не на дядю Сережу, а на саму Мишку.
Она примерно представляла себе, почему все пошло не так. Когда она писала сообщение в чат, то думала, что Дилер получает разрешение от «Отца», потом передает задание убийце. А там наверняка был дублирующий канал, по нему «Отец» посылал убийце подтверждение. Когда с телефона Дилера поступил заказ, на который «Отец» разрешения не давал, убийца поехал зачистить «испорченный» контакт. Мишка в очередной раз сжала руки в кулаки, так что ногти вонзились в ладони. Сама взяла и вывела убийцу на соседку. Вере страшно повезло – она бросилась к той подворотне, где была решетка, через которую убийца пролезть не смог. Повезло и с первым ударом – убийца махнул по Вере тупым концом топора. Пробил кожу, сломал ключицу, задел плечевой сустав – и все. Врачу с плечом пришлось повозиться, но травмы оказались неопасные – и Вера держалась хорошо.
– Так все-таки? – Алексей не отставал. Мишка видела, как он нервничает, и понимала: молодой полицейский просто боится, что старший прознает про операцию, организованную дядей. К сожалению, Алексею стоило ответить, потому что он с большой вероятностью оставался последним полицейским в Санкт-Петербурге, который сейчас испытывал к Мишке хоть сколько-нибудь уважительные чувства.
– Он не террорист был, – сказала Мишка. – А наркодилер-оккультист. И я его не остановила, а даже скорее наоборот.
Снова хлопнула дверь, и Мишка прервалась, надеясь, что это опять врач, но мимо прошла все та же медсестра. Снова распахнулись стеклянные двери – на этот раз в коридоре было тихо: дядя Сережа что-то негромко говорил, глядя в пол. Старший нахмуренно слушал, качал головой. Выглядела эта сцена устрашающе.
– Там было так… – Мишка повернулась к Алексею. – Вот я.
Она изобразила в воздухе квадрат, ткнула в верхний левый угол.
– А вот тут он. – Мишка указала в низ квадрата. – Держит меня на мушке. Одной рукой открывает сейф в шкафу. Он думал, что там деньги. А я стою у двери на кухню. Там была такая маленькая кухня.
Она очень хорошо помнила это мгновение, потому что потом еще много раз прокручивала его в голове, особенно после того, как федералы провели экспертизу и сообщили, что, если бы она не сделала шаг в сторону, ее бы кинуло взрывной волной о газовую плиту. Тогда никакого разговора с федералами для Мишки не было бы, а хоронили бы потом не одну бабушку, а сразу и бабушку, и внучку.
– А в сейфе было пусто? – спросил Алексей. Он, по всей видимости, и вправду не знал деталей летнего дела.
– В сейфе, – сказала Мишка, – лежала взрывчатка ручной работы. Подруга дилера ее туда положила, чтобы нас обоих убить.
– И? – Алексей даже стукнул себя по колену, как будто ожидая, что Мишка сейчас расскажет, как ее убило взрывом.
– Я об этом догадалась, – сказала она, опуская то, что догадаться должна была гораздо раньше. – Отступила на кухню, прямо за косяк, в последний момент. Дилера убило, а меня только хорошенько тряхнуло.
Алексей смотрел на нее с уважением и даже каким-то страхом.
– А с подругой что? – спросил он. – Ее нашли?
– Вам совсем ничего про это дело не рассказали? – спросила Мишка.
Алексей замялся.
– Не принято, – сказал он. – Дают команду, идешь, выполняешь. Я обычно вообще на телефонах сижу. Только тут меня к Сергею Георгиевичу приставили, думаю, чтобы под ногами не крутился.
– Не ценят вас, Алексей Борисович. – Мишка задумчиво покачала ногой. – И нас тоже. Особенно теперь.
Настроение у нее скакало, и нужно было, конечно, остаться в одиночестве и помолиться, но Мишка не собиралась никуда уходить, не поговорив с Верой. Вдруг разозлилась на себя, потому что поняла: хочет увидеть соседку и перестать чувствовать себя виноватой – ведь наверняка Вера ее винить не будет и скажет, что сама согласилась следить за Дилером. Мишка нахмурилась, надула щеки.
В голове молитву тоже произнесла хмуро:
– Так с подругой-то что случилось? – все не унимался Алексей. – Удалось взять?
– Нет, – сказала Мишка, – сбежала. И возможно, сюда добралась, так что, если увидите девушку лет двадцати с татуировкой на шее, скажите, пожалуйста.
Мишка улыбнулась, а Алексей, наоборот, нахмурился, застучал пальцами по колену.
– Подождите, – сказал он. – Подождите.
– Что такое? – спросила Мишка.
– У меня в голове не сложилось, – сказал Алексей. – А ведь старший говорил про девушку. Про звонки.
– Какие звонки? – Мишка развернулась к полицейскому. – Вы о чем?
Федерал, заметив ее движение, вынул из одного уха наушник. Алексей посмотрел на стеклянную дверь, потом на федерала.
