– Старший говорил, что перед убийством журналиста и перед вторым убийством тоже в отделение поступали звонки, – сказал он. – Звонила девушка и говорила, что сейчас в таком-то месте совершится убийство. Мы второго, который наркоман, так и нашли.
– И вы молчали?! – Федерал вскочил и налетел на Алексея. Тот сжался. Мишке тоже хотелось хорошенько стукнуть молодого полицейского, но она сдержалась, понимая, что с этим федерал справится гораздо лучше.
– Отвечать! – Федерал тряхнул Алексея за плечо. – Отвечать!
– Старший сказал… – Алексея можно было не трясти, он и так дрожал. – Что это деталь для следствия, и ее нужно хранить в тайне, чтобы в газеты не утекла.
– В какие газеты?! – Федерал махнул кулаком. – И от кого в тайне?! С вами старший по званию разговаривает! А ну…
Он отпустил Алексея и развернулся к стеклянным дверям.
– Сейчас я ему устрою детали следствия. – В руке у федерала сверкнул экран телефона. Он направился к дверям, уже поднося телефон к уху.
– Алексей, – Мишка постаралась сдержать злость, – а что-нибудь еще от нас ваше руководство утаивает? Скажите, пожалуйста. Сейчас очень хороший для этого момент.
Вера чувствовала себя неплохо. Только немного ныло плечо, но в целом мир казался ей радужным и светлым. Рядом с койкой стоял приятный доктор, который улыбнулся и поставил на подлокотник (а у койки оказался подлокотник) пластиковый стаканчик с трубочкой.
– Вас там в коридоре дожидаются, – сказал доктор, и Вера вспомнила, что он уже ей это пару раз говорил, но она немного плыла, поэтому, видимо, доктор решил повторить.
– А ко мне можно? – спросила Вера. Говорить из-за сухости во рту было неприятно, поэтому она сразу потянулась к стакану с водой. Тут оказалось, что комната умеет вращаться вокруг койки – Вера почувствовала, как глаза в голове крутятся, будто пытаясь заглянуть ей в мозг.
– Лежите, – сказал доктор. Он сам взял стаканчик, поднес к ее губам трубочку. Вера втянула воду и чуть не закашлялась, потому что грудь как будто не хотела надуваться. Головокружение отступило.
– Позовите Мишку, – сказала Вера.
– У нас не водятся, – сказал доктор. – Кошка, кажется, есть. Но ей в палаты нельзя, она на улице живет.
Вера закатила глаза, и доктор сразу засуетился, стал поднимать ей голову.
– Девушку позовите, – сказала Вера. – Такая, в красной жилетке. Похожа на…
Она хотела изобразить рукой что-то квадратное, но рука была слишком тяжелая.
– Это ваша сестра? – спросил доктор. Он все еще смотрел на Веру выжидательно, как на неразорвавшуюся хлопушку.
– Соседка, – сказала Вера. Доктор улыбнулся и вышел, осторожно прикрыв за собой дверь. Вера закрыла глаза и попробовала расслабиться, но организм уже совсем проснулся, и теперь казалось, будто плечо разрывает на мелкие кусочки невидимая собака.
– Вера? – раздался совсем рядом голос Мишки. Вера открыла глаза и увидела соседку, которая встала у койки и явно сдерживалась, чтобы не заплакать. Глаза у Мишки были мокрые, но лицо выражало что-то странное – смесь злости и грусти.
– Привет, – сказала Вера.
– Я не знала, кому лучше позвонить, – сказала Мишка. – Кому сказать о том, что ты здесь?
Вера задумалась.
– Только не папе, – сказала она наконец. – А то набегут родственники. Можешь написать, а лучше позвонить, сейчас продиктую номер одного друга.
Мишка достала телефон и приготовилась набирать.
Соня возвращалась домой, соблюдая все правила конспирации, которым ее обучали в Обители. По сторонам не смотрела, но на поворотах оглядывалась и, как всегда, шла новым маршрутом. Воды избегала – слышала, что человек с топором для перемещения по городу пользуется каналами.
Его она никогда не видела, потому что никогда в Питере не жила. Сразу из Обители они с братом поехали в Москву в качестве одной из двух двоиц, направленных в столицу. Потом появилась третья, но с ней Соня ни разу не пересекалась – посылки из Обители полагалось забирать из кафе по расписанию, а в остальное время находиться рядом было запрещено. Только один раз она нарушила это правило, когда в кафе заявилась детективка в жилетке, но тогда им повезло – детективка никого из братьев в кафе не застала. Потом в кафе пришла полиция и арестовала тех братьев, которые оказались там не вовремя. Взяли и одну двоицу целиком, и курьера из Обители. Соне, конечно, хотелось бы, чтобы взяли и двух оставшихся в Москве братьев, но она не смогла придумать, как вывести на них полицейских. Оставалось надеяться, что без курьера они не смогут поддерживать нормальную связь с Обителью.
В Питере сеть была налажена куда лучше. Во-первых, тут работали не меньше семи братьев и сестер. Во-вторых, в Питере жил человек с топором, которого отец направил охранять всю сеть еще лет десять назад. Соня о нем много раз слышала: и в Обители, и потом от духовника, приехавшего в Москву помогать им с братом налаживать цепь сбыта.
