– Так же, как и его друзья, – сказал Дед. – Я, кстати, сейчас смотрел, не остановился ли кто-нибудь из них у вас. Архидьякон... Не помню фамилии, но вспомнил бы, если б увидел.
– Томлинсон? – подсказала мисс Горриндж. – Он должен приехать на той неделе. Из Солсбери.
– Нет, не Томлинсон. Но – не важно. – И Дед отошел от стойки.
В холле сегодня вечером было тихо. Аскетического вида пожилой мужчина читал машинописные страницы, время от времени делая заметки на полях мелким корявым, совершенно неразборчивым почерком и каждый раз ядовито усмехался.
Было тут несколько супружеских пар, состоящих в браке столь давно, что у них не возникало особой потребности говорить друг с другом. Слышались взволнованные голоса, обсуждавшие погоду... «Я только что звонила и умоляла Сьюзен не ехать на машине. Дорога М-1 опасна во время тумана...»
Старший инспектор Дэви все это замечал, неторопливо и как бы без особой цели вышагивая по холлу. Мисс Марпл сидела у камина и наблюдала за его приближением.
– Итак, вы все еще здесь, мисс Марпл. Я рад.
– Завтра уезжаю.
Перспектива близкого отъезда сказалась на ее позе. Она сидела выпрямившись, – как сидят в зале ожидания вокзала или аэропорта. Дед был уверен, что она уже уложила свои вещи, оставив лишь туалетные принадлежности и ночную рубашку.
– Мой двухнедельный отдых закончился, – сказала она.
– Вам было здесь хорошо, надеюсь?
Мисс Марпл ответила не сразу.
– С одной стороны – да. С другой...
– А с другой стороны – нет?
– Мне трудно объяснить...
– Не слишком ли близко вы сидите к огню? Жарковато здесь. Не хотите ли перейти – ну, скажем, вон в тот угол?
Мисс Марпл посмотрела в ту сторону, затем взглянула на старшего инспектора Дэви.
– Думаю, вы правы, – сказала она.
Он подал ей руку, взял ее сумочку и книгу и усадил в том углу, на который указал.
– Вы поняли, почему я предложил вам пересесть?
– С вашей стороны было очень любезно увести меня подальше от огня. А кроме того, отсюда наш разговор никто не услышит.
– Вы что-то хотите мне сказать, мисс Марпл?
– Почему вы так думаете?
– У вас такой вид.
– Очень жаль, если это на мне написано. Я этого не хотела.
– Так в чем же дело?
– Право, не знаю, следует ли говорить. Поймите меня правильно, инспектор, я не люблю вмешиваться в чужие дела. Я против этого. Нередко имеешь самые добрые намерения, а приносишь вред... Видеть, как люди поступают неразумно и даже подвергают себя опасности... Но имеешь ли право вмешиваться? По-моему, нет.
– Вы говорите о канонике Пеннифазере?
– Каноник Пеннифазер? – изумленно переспросила мисс Марпл. – О господи, ничего похожего... Это касается юной девушки.
– Девушки? И вы думаете, я могу чем-то помочь?
– Не знаю. Право, не знаю. Но я беспокоюсь, я очень беспокоюсь.
Дед не торопил ее. Она хочет помочь ему, а он был готов сделать все, чтобы помочь ей. Вообще говоря, его не так уж интересует то, что она собирается сказать ему. А впрочем, кто знает?..
– В газетах иной раз читаешь отчеты о судебных делах, – говорила мисс Марпл, – о молодых людях, о юных девушках, о детях, «нуждающихся в заботе и защите». Это, конечно, казенное выражение, но ведь за ним – реальная жизнь.
– По-вашему, девушка, о которой вы упомянули, нуждается в заботе и защите? Она что же, совершенно одинока?
– Ах нет. Совсем не одинока. Со стороны выглядит так, будто она хорошо защищена и о ней прекрасно заботятся.
– Интересно, – сказал Дед.
– Она останавливалась в этом отеле с некой миссис Карпентер. Я посмотрела в книге, кто она. Ее зовут Эльвира Блейк.
Дед бросил на мисс Марпл заинтересованный взгляд.
– Хорошенькая девушка. Очень молодая и вполне, я бы сказала, защищенная. Ее опекун – полковник Ласкомб, очень достойный человек. Обаятельный. Пожилой, разумеется, и, боюсь, такая невинность...
– Невинность? Чья? Опекуна или девушки?
– Я имею в виду опекуна. Насчет девушки – не знаю. Но, по-моему, она в опасности. Я случайно встретила ее в парке Баттерси. Она была в кафе с молодым человеком.
– Ax вот в чем дело! – сказал Дед. – Неподходящий молодой человек? Битник или?..
– Очень красивый, – сказала мисс Марпл, – не слишком молодой. Не меньше тридцати, и это тот мужской тип, который чрезвычайно привлекает женщин. Но лицо его – плохое лицо. Жестокое, ястребиное, хищное.
– Ну, быть может, он не так плох, как кажется, – предположил Дед.
– Думаю, что он еще хуже, чем кажется. Убеждена в этом. Он водит большой гоночный автомобиль.
Дед глянул на нее.
– Гоночный автомобиль? А на номер вы не обратили внимание?
– Обратила. FAN 2266. Я запомнила потому, что у меня была кузина, которая заикалась.
Дед был озадачен.
– Вы знаете, кто он? – спросила мисс Марпл.
– Представьте себе, знаю, – сказал Дед. – Наполовину француз, наполовину поляк. Известный гонщик. Был чемпионом мира. Зовут его Ладислав Малиновский. Кое в чем насчет него вы совершенно правы. У него очень скверная репутация в отношении женщин. Он, конечно, в приятели к молодым девушкам не годится. Но тут трудно что-либо предпринять. Ведь видится она с ним тайно?
– Несомненно, – сказала мисс Марпл
– Вы не пробовали говорить с ее опекуном?
