Оба детектива отправились в отель, причем Кэмпбелл выглядел весьма элегантно в дорогом костюме (фигура у него была превосходная), а старший инспектор Дэви, одетый во что-то твидовое, казалось, приехал из деревни. И оба прекрасно вписались в интерьер отеля. Одна только мисс Горриндж своим наметанным глазом сразу отметила эту пару и поняла, кто такие на самом деле эти новые посетители. С тех пор как из отеля сообщили в полицию об исчезновении каноника Пеннифазера, она каждый день ожидала чего-нибудь в этом роде.
Шепотом отдав распоряжения своей помощнице, серьезной молодой девушке, которую мисс Горриндж всегда держала при себе, она подошла поближе к стойке и взглянула на посетителей. Инспектор Кэмпбелл положил перед ней свое удостоверение, и мисс Горриндж молча кивнула. За спиной Кэмпбелла топтался крупный, облаченный в твидовую пару пожилой мужчина, и мисс Горриндж отметила про себя, что он разглядывает холл отеля и лица в нем присутствующих с наивным удовольствием провинциала, впервые получившего возможность наблюдать представителей высшего общества в их родной стихии.
– Может, пройдем в контору? – предложила мисс Горриндж. – Там нам будет спокойнее.
– Да. Так оно будет лучше.
– Хорошо здесь у вас! – проговорил массивный мужчина, в котором, на взгляд мисс Горриндж, было что-то бычье. – Тепло, красиво. – Он кивнул на камин: – Уют прежних дней!
Мисс Горриндж улыбнулась, польщенная.
– Да, действительно. Мы гордимся тем, что нашим гостям у нас уютно. – Она повернулась к помощнице: – Справишься, Элис? Вот журнал. Скоро приедет леди Джослин. Как только она увидит свой номер, то немедленно захочет его сменить, но ты ей объясни, что отель переполнен. Во всяком случае, предложи ей номер триста сорок на третьем этаже. Это не слишком приятная комната, и, я думаю, увидев ее, леди Джослин удовлетворится той, какую мы ей выделили.
– Да, мисс Горриндж. Я все поняла, мисс Горриндж.
– И напомни, кстати, полковнику Мортимеру, что его полевой бинокль здесь. Он оставил его у меня сегодня утром. Проследи, чтобы полковник не ушел без бинокля.
– Хорошо, мисс Горриндж.
Покончив с текущими делами, мисс Горриндж вышла из-за стойки и, взглянув на пришедших, направилась к двери красного дерева, на которой не было никакой надписи, открыла ее, и все трое очутились в помещении конторы, довольно унылом и тесном.
– Итак, пропавшее лицо – это каноник Пеннифазер, как я понимаю, – начал инспектор Кэмпбелл – Расскажите, пожалуйста, в подробностях, как все это случилось.
– Не думаю, чтобы каноник Пеннифазер пропал в том смысле слова, в каком оно обычно употребляется, – ответила мисс Горриндж – Очень возможно, что он кого-то встретил, скажем старого друга, и отправился вместе с ним на какое-нибудь ученое собрание на континент. Он, знаете ли, чрезвычайно рассеян.
– Вы давно его знаете?
– Да, он останавливается у нас уже – дайте вспомнить! – уже лет пять или шесть.
– А вы сами давно здесь работаете, мэм? – внезапно вмешался старший инспектор Дэви.
– Четырнадцать лет, – сказала мисс Горриндж.
– Прекрасное место! – одобрил Дэви. – И каноник Пеннифазер всегда у вас останавливается, когда бывает в Лондоне?
– Да. Он всегда приезжает прямо к нам. Сообщает заранее и заказывает номер. Когда дело касается бумаг, он куда менее рассеян. Сейчас забронировал номер с семнадцатого по двадцать первое. Но предупредил, что в течение этого времени будет отсутствовать одну или две ночи, и попросил оставить номер за ним... Он нередко так делал.
– А когда вы начали о нем беспокоиться?
– Да я особенно и не беспокоилась. Но, конечно, все это странно! Дело в том, что его номер с двадцать третьего обещан другому клиенту, и когда я поняла – а поняла я это не сразу, – что он не вернулся из Лугано...
– У меня записано: Люцерн, – вставил Кэмпбелл.
– Да, да, да, кажется,
– Имя экономки – миссис МакКрей, так мне сообщил архидьякон Симмонс. Вы с ней знакомы?
– Нет, я с ней не встречалась, но говорила раза два по телефону. Она, как видно, очень предана канонику Пеннифазеру и уже несколько лет у него работает. Она, конечно, встревожилась. Насколько мне известно, они с архидьяконом Симмонсом обзвонили близких друзей и родственников каноника, но ничего не узнали. А так как каноник пригласил архидьякона в гости, то в самом деле более чем странно, что каноник не явился!
– А что, этот каноник всегда такой рассеянный? – спросил Дед.
Мисс Горриндж пропустила вопрос мимо ушей. Этот грузный тип, судя по всему, сержант, сопровождающий инспектора, позволяет себе слишком много.
– А теперь я узнала, – продолжала мисс Горриндж слегка раздраженным голосом, – узнала от архидьякона Симмонса, что каноник вообще не был на конференции в Люцерне!
