Ей одной просто не под силу такая нагрузка. Даже мой отец, который внимательно проверяет все счета и может сказать с точностью до фартинга, на какую сумму я перерасходовал свою ежеквартальную дотацию, значительную часть дел, связанных с управлением собственностью, поручает управляющим. К тому же у него имеется секретарь. А мисс Олдридж всю эту работу выполняет сама. Энергия этой женщины достойна восхищения.
– Вы не знаете и половины! – воскликнул капитан Хьюз. – Да вам это и ни к чему. Но могу с уверенностью сказать, что, сбежав к Уилкерсону, вы не улучшите ситуацию.
Возможно, Алистер не прислушался бы к доводам капитана и настоял на своем, но в нем заговорила совесть. Ему хотелось представить дело так, что он руководствуется исключительно практическими соображениями. Чем больше, мол, он узнает о мисс Олдридж, тем больше у него будет шансов либо заручиться ее поддержкой в деле строительства канала, либо ослабить ее влияние на остальных.
Но это была чудовищная ложь, а правда заключалась в том, что он по уши влюбился.
В общем, Алистер поддался на уговоры капитана и переехал в его дом.
Брамблхерст, находившийся по соседству, был построен не с таким размахом, как Олдридж-холл, но и деревенским коттеджем не был, хотя принадлежал капитану, уволенному в запас с половинным окладом. Не походил он также и на холостяцкое жилье. Каждый дюйм здесь был отдраен, выскоблен и отполирован. Капитан Хьюз считал, что дисциплина нужна не только на море, но и на суше.
Предписаний доктора Вудфри он придерживался с такой точностью, словно они исходили непосредственно от Адмиралтейства. Рекомендации «никаких посетителей» и «никакого умственного напряжения» соблюдались неукоснительно. Кроме того, капитан следил, чтобы мистер Карсингтон в должном объеме выполнял физические упражнения. Вместе с гостем он соблюдал предписанную строгую диету, как разделял в свое время лишения, которым подвергались его офицеры во время продолжительных периодов пребывания в море на пути из одного порта в другой. Он был внимательным и заботливым хозяином, который не нарушал без надобности уединение гостя, но и не оставлял его надолго без внимания.
И тем не менее, несмотря на все это, у Алистера участились ночные кошмары, обнаружив то, что раньше скрывалось в потаенном уголке его сознания. И теперь он не знал, что хуже: зияющие провалы в памяти или болезненно-яркие впечатления, в которых он с трудом себя узнавал.
Он также не знал, насколько достоверны эти воспоминания.
Все это его тревожило, однако виду он не подавал. Каждое утро за завтраком, когда капитан спрашивал, хорошо ли он спал, Алистер отвечал, что спал как убитый.
Но однажды капитан Хьюз, более наблюдательный, чем хотелось бы Алистеру, все же заметил:
– Удивляюсь, как может здоровый сон дать столь плачевные результаты. Глаза у вас ввалились, покраснели. Надеюсь, не канал тому причина?
– Конечно, нет!
– Вам также не следует напрягать мозг размышлениями о том, что предпримет мисс Олдридж, – заявил капитан. – И не думайте, что она будет действовать в соответствии с общепринятыми правилами. Ничего подобного.
– Само собой: женский ум сильно отличается от мужского.
– Спорить с женщиной куда труднее, чем сражаться в морском бою, – заметил капитан. – Дама пускает в ход собственное оружие и воюет по собственным правилам, причем в любой момент может их изменить. Даже мне, старому морскому волку, не под силу тягаться с прекрасной половиной человечества. Мне скоро полвека, но я так и не изучил их повадки и не умею избегать с ними столкновений.
– Но ведь без этих самых столкновений жизнь утратила бы свою прелесть, – возразил Алистер.
Некоторое время они ели молча, потом капитан заговорил:
– Но он тоже отчасти виноват в этом: этакий самодовольный, вечно всех поучавший свиной огузок. До сих пор не пойму, что заставило ее выйти за него замуж. Сказала, что он, мол, степенный. Степенный, как же…
У Алистера отвисла челюсть. Значит, мисс Олдридж была замужем, а потом рассталась с супругом? Видимо, так, иначе она имела бы другую фамилию.
Итак, она не девственница, а это меняет правила игры.
Подумав об этом, Алистер разозлился на себя. Неужели он так деградировал, что только и думает, как бы затащить ее в постель?
Взгляд капитана затуманился печалью, и, снова принимаясь за еду, он сказал:
– Речь не о мисс Олдридж, а о другой леди, миссис Э. Мы, старые холостяки, частенько позволяем себе поворчать.
«Значит, речь о другой леди: скорее всего, о миссис Энтуисл, – решил Алистер, – а мисс Олдридж замужем не была. Ведь она говорила, что у нее нет опыта».
– Мисс Олдридж нравятся мужчины жизнерадостные, – сообщил капитан мгновение спустя. – По крайней мере так было раньше. Ее жених был энергичным, с блестящим будущим. Когда она расторгла помолвку, он последовал за ней сюда с намерением ждать до тех пор, пока она не приведет в порядок свои дела.
