Обхватив руками, колени она сидела в углу на куче соломы. Плошка с жиром чадила, освещая тусклым светом мрачные стены подвала. В углу по диагонали напротив, вылезла из норы огромная крыса и, встав на задние лапки, хищно уставилась на узниц, тихо попискивая.
– Лизка смотри, опять эта гадина выползла, – тихо произнесла Ксения.
Ответа не последовало. Ксения взяла с полу плошку и посветила на Елизавету. Та мирно спала, свернувшись калачиком на соломе. Серая обитательница подвала, видя, что ей ни чего не угрожает, набралась смелости и перешла к более активным действиям. Задрав к верху противный чешуйчатый хвост, она быстро пересекла разделяющее расстояние и устремилась к пустой глиняной миске, которая находилась в непосредственной близости от царевны. Ксения в ужасе громко закричала.
– Лизка, Лизка проснись, трясла она подругу по несчастью.
– Ну что опять стряслось, недовольно спросонья произнесла она, потягиваясь во весь рост на соломе.
– Лизка опять эта крыса, смотри, миску лижет.
– Ну и пусть лижет, всеравно в ней ни чего нет.
– Лизка прогони ее.
– Ой, барышня, чего вы боитесь, не съест же она вас.
– Всеравно прогони, я боюсь.
Елизавете было лень вставать, остатки сна еще не покинули ее, она нащупала под рукой в куче соломы, массивную деревянную ложку и с силой запустила в нахального и наглого зверька. Немного промахнувшись, ложка попала в полупустой глиняный кувшин с водой стоявший рядом, тот, покачнувшись на неровном полу, завалился на бок, разливая остатки питьевой воды на глиняный пол подвала.
– Ну вот, теперь остались без воды, с досадой произнесла Елизавета, окончательно проснувшись.
Наглый зверек, испугавшись, решил ретироваться и скрылся в норке.
– Что-то холодно стало Лизка!
Ксению трясло толи от страха, толи действительно от холода.
– Двигайтесь ко мне барышня, да прижмитесь по крепче, вдвоем чай теплее будет.
Ксения послушно придвинулась к Елизавете, обняв ее. Сверху послышался шум шагов. Через несколько минут звук отпираемого засова известил узниц о приходе непрошенных визитеров.
Яркий свет от горящих факелов больно ударил по глазам. Ксения зажмурилась, прикрыв лицо рукой. Немного привыкнув к свету, она разглядела богато одетого дворянина, внешность которого ей показалась знакомой, двое стрельцов стояли у двери, опираясь на бердыши.
– Я вас, кажется, знаю, вы Петр Басманов, окольничий моего покойного батюшки, – произнесла она.
– Угадала, только я теперь не окольничий, а боярин, – усмехнулся Басманов.
– Зачем вы пришли, что вы хотите со мной сделать? – испуганно спросила Ксения.
– Пошли, тебя требует к себе царь.
– Если меня к себе требует Государь, то нельзя ли мне, это рубище поменять на приличную одежду?
Басманов громко рассмеялся, его смех гулким эхом отозвался под сводами пустого подвала.
– Да ты не знаешь куда идешь! Не в палаты царские на пир, а в баню! Туда не одетой ходить надо, а раздетой!
Басманов сквозь смех подал знак рукой стрельцам и те, схватив испуганную Ксению, выволокли ее из мрачного узилища в коридор, оставив Елизавету одну. Пройдя через череду казематов, Басманов вывел несчастную царевне на ночную площадь, освещенную факелами.
Дмитрий с нетерпением ожидал прихода Ксении. Он уже успел попариться и теперь, коротал время в обществе Молчанова за кружкой янтарного пива. Разомлевший от пара, он сидел за столом голый, закутавшийся в белую простыню. На столе, на огромном серебряном блюде горкой лежали красные отборные вареные раки, соленая белорыбица, порезанная большими жирными кусками, украшала другой серебряный поднос, разнообразие различных холодных закусок на малых и больших тарелках из благородного металла радовало глаз. Михайло Молчанов взял двумя пальцами большой кусок рыбы и запихнул себе в рот, запивая пивом.
– Государь, отменная рыбка, посол что надо, – подлизывался он, стараясь угодить Дмитрию.
Самозванец покачал головой, но все же взял со стола крупного рака и отломил клешню. Дверь предбанника распахнулась, и на пороге появился Басманов, проталкивающий вперед грязную испуганную девушку. Басманов с силой толкнул ее в спину и Ксения, не удержавшись, пролетев некоторое расстояние, плюхнулась на колени перед столом.
– Вот привел Государь, – Басманов отстегнул пояс с саблей и сел за стол.
– Зачем так грубо ты с ней Петя, девушка не виновата, что ее отец хотел убить меня, а потом узурпировал власть.
Дмитрий встал из-за стола и подошел к все еще стоящей на коленях Ксении.
– Правда, же ты не виновата? – спросил он.
Царевна молча закивала головой в знак согласия. Самозванец некоторое время любовался Ксенией и наслаждался своей властью над ней.
– Встань красавица, – молвил он, – садись с нами.
Дмитрий взял ее за руку и помог подняться, затем усадил подле себя. Испуганная Ксения подняла взгляд на царя. Молодой человек маленького роста с родинками на щеке и на лбу стал утешать ее, постепенно прижимая к себе. Ксения не выдержала и зарыдала. Слезы из глаз, стекая по щекам, оставляли грязные следы на лице. Глядя на это, Дмитрий остановил свой обольстительный натиск.
