«Тюриенцы никогда не пойдут на такую ерунду, не так ли?» — сказала Милдред, возвращаясь к этой теме до конца салата. «Из всего, что я читала, у них просто нет понятия соперничества или унижения другого человека. Если вы убеждаете их, что они неправы в чем-то, они просто признают это. Почему мы не можем быть такими? И это так идиотски! Я имею в виду, как часто вы видели кого-то на коктейльной вечеринке, кто не отступает?… потому что он боится потерять лицо! Но он не может потерять лицо больше, чем делая то, что он делает, не так ли?… когда все в комнате думают, что он болван. Но время от времени вы видите того, кто может остановиться, посмотреть на вас и сказать: «Возможно, вы правы. Я никогда не думала об этом в таком ключе». В моих глазах кто-то вроде этого внезапно становится ростом в десять футов. Ты думаешь: «Боже мой, как чудесно!» Так почему же это так сложно? Но ведь все турийцы такие, не так ли? Неужели это действительно восходит к их древним предкам на Минерве, где не было наземных плотоядных и хищников? Я читал то, что ты обо всем этом написал. Это объясняет так много в их сегодняшней социальной структуре. Мне действительно нужно узнать больше».
Данчеккер решил, что его момент настал. Милдред, должно быть, увидела, как он раздулся в предвкушении, или уловила блеск в его глазах сквозь очки, потому что она остановилась как раз перед тем, как собиралась продолжить, и с любопытством посмотрела на него.
«Как бы вы хотели узнать все, что хотите знать, из первых рук, из лучшего источника, который вы только можете пожелать?» — спросил он ее. Милдред нахмурилась, не зная, что с этим делать. Данчеккер промокнул рот салфеткой и широко вскинул другую руку. «От самих психологов, биологов и социальных провидцев Тюриен! Всех их — любого, к кому вы захотите обратиться, со всеми их записями и теориями, планами и историей, доступными и доступными. Вы сами говорили, насколько они неформальны».
Милдред покачала головой, сбитая с толку и сбитая с толку. «Кристиан, я не совсем понимаю... О чем, собственно, ты говоришь?»
Данчеккер сиял, словно кто-то наконец-то разгласил тайну, которую он больше не мог сдерживать. «Мне удалось организовать для вас именно такую возможность: поехать туда лично, в Тюриен, и встретиться с некоторыми из самых выдающихся научных деятелей и общественных лидеров. Они будут более чем рады помочь вам со всем, что вам нужно знать. Шанс всей жизни писателя!»
Милдред недоверчиво уставилась на него. «Я? Поехать в Туриен?… Ты серьезно? Я… Я не думаю, что я знаю, что сказать».
Данчеккер смахнул воображаемую крошку с лацкана большим пальцем. «Это самое малое, что я мог сделать в качестве скромного вклада, учитывая знакомства, которые мне посчастливилось там завести», — сказал он ей. «Френуа Шоум, внутренний член их высшей политической организации, позаботится о вас лично и организует правильные представления».
«Боже мой, это…» Милдред поднесла руку ко рту и снова покачала головой. «Это настоящий шок, вы понимаете».
«Я уверен, что вы с этим справитесь блестяще».
Милдред сделала долгий, прерывистый вдох и отпила из стакана с водой. «Когда это должно произойти?»
«Судно Туриена под названием «Иштар» в настоящее время находится на орбите Земли в рамках миссии по техническому и культурному обмену в Восточной Азии. Оно вернется через семь дней. Я взял на себя смелость зарезервировать для вас место на нем».
«Семь дней! Честное слово…» Милдред слабо приложила руку к груди.
Данчеккер небрежно махнул рукой. «Я знаю, что турийцы услужливы, и стоит только попросить. Но это значит, что места на их кораблях, как правило, быстро заполняются. А «Иштар» — судно, судя по всему, небольшое. Я не хотел рисковать, чтобы вы разочаровались».
«Кристиан, это была твоя идея?» — в голосе Милдред послышались подозрительные нотки.
Данчеккер развел руками с выражением растерянной невинности мальчишки, утверждающего, что понятия не имеет, как лягушка попала в постель его сестры. «Я постоянно общаюсь с Френуа и случайно упомянул ваш проект и его исследовательские потребности. Предложение было полностью их». Легкое чувство дискомфорта мелькнуло на мгновение, когда он это сказал, но молния не ударила.
Наконец, Милдред осознала, что он говорил. Она откинулась на спинку стула и посмотрела на него с недоверием. «Ну… что мне сказать? Я знала, что пришла к нужному человеку».
«Значит ли это, что вы согласны?»
«При таком объявлении придется немного поторопиться с организацией… Но, конечно. Как вы сказали, это шанс всей жизни писателя».
«Великолепно. Здесь нужна бутылка вина, как думаешь?» Данчеккер повернул голову из стороны в сторону, ища официанта.
«Я думала, ты не пьешь», — сказала Милдред.
Данчеккер на мгновение поджал губы, затем пожал плечами. «В жизни бывают моменты, когда редкое исключение может быть разрешено», — ответил он.
Час спустя он все еще хихикал про себя, расплачиваясь с таксистом в Годдарде, по пути подбросив Милдред до ее отеля, чтобы начать готовиться к поездке.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
