Вид из окна моей комнаты был действительно великолепен. В те невыносимо длинные дни, наполненные нескончаемыми страданиями и болью, мне оставалось только смотреть в окно. На большее просто не хватало сил. Я изучила каждую складку рельефа, знала наизусть количество пиков и их отрогов из горной гряды, что начиналась прямо за небольшой долиной. Знала наизусть названия всех деревьев из леса, что заполнял собою всю близлежащие склоны. Поскольку наш дом располагался прямо на плоской вершине одинокой горы, я могла наблюдать за неспешной жизнью вокруг и никогда не уставать от просмотра этого зрелища. Особенно мне нравилось разглядывать скоростную гравитационную трассу, что проходила в пятидесяти метрах над поверхностью земли не столь далеко от нашей усадьбы. Глядя на проносящиеся по своим делам гравикары придумывала всякие незамысловатые истории из жизни их хозяев. Как же я хотела в одно мгновение оказаться на их месте! Эти фантазии были увлекательны и хоть как-то развеивали скуку.
Зимой здесь случались частые бури и сходили снежные лавины. Тогда трассу временно перекрывали. Думаю, зиму я не любила именно по этой причине. А ещё потому что я никогда не могла позволить себе роскошь возиться с другими детьми в этом холодном пуховом одеяле. Меня радовали только снегопады. Густые меховые шарики, покрывающие землю своей обманчивой белизной. Они всегда оставались прекрасными. То мелкие и ажурные снежинки, то тяжёлые и запутанные клубки-вереницы их собратьев. Их постоянный неугомонный бег. Прямо как сейчас.
Снегопад за окном усилился. Видимость упала практически до нуля. Взяв в руки стакан горячего какао, я примостилась в кресле прикрывшись мягким пледом. Никуда двигаться не хотелось. Снежинки кружили за плотной преградой, напоминая звезды. То, какими я их видела, когда корабль совершал гиперпрыжок. Вечерело. Скоро должен был вернуться отец с новой порцией вестей. За эти полгода я тщательно собирала информацию о всех бывших членах моего экипажа, а также известия из пограничных аванпостов. Включая слухи и сплетни. Но пока никаких данных о новом разумном виде, с которым встретились члены Федерации, по головиденью не сообщалось. Было даже слишком тихо, что настораживало ещё больше. Из-за этой удивительной тишины, учитывая масштаб событий и количество свидетелей, приходилось соблюдать максимальную осторожность и не копать слишком глубоко. Я и так успела привлечь к себе повышенное внимание, больше мне не надо.
Перед моей дверью послышались шаги.
— Госпожа Ясмин, к вам посетитель. — Наша горничная Рядана радостно мне улыбнулась. Выходец из семьи местных фермеров она выглядела как моя ровесница, но на самом деле была старше в несколько раз. В свое время она успела поработать в качестве моей няни, и ее шикарная серебристая копна не раз страдала из-за моих шаловливых ручек. Но Рядана была единственным близким мне человеком после отца, которому я могла безоговорочно доверить свою жизнь.
— Кто это? — Это явно был не отец. Он пришел бы сам без всяких представлений. Для врачей и прочих посетителей уже поздно.
— Он представился как Бенедикт Заувер и сказал, что вы его знаете.
После того как я услышала имя визитёра в моей душе поднялась целая буря эмоций. Сколько раз я хотела направить ему видео сообщение с просьбой о встрече. Но каждый раз останавливала себя. Отговаривалась своей слабостью, виня за чрезмерное любопытство и несдержанность. Но главной причиной было то, что после получения звания капитана третьего ранга Зауверу дали в командование военный линкор и отправили с секретной миссией в планетарную систему Бетельгейзе. Его миссия длилась уже около года и у меня было не самое лучшее предположение о ее цели. Именно об этой планетарной системе ходили крайне некоторые слухи. Будто бы тамошние жители возжелали полной автономии и независимости от Федерации. Направление туда военного судна не сулило ничего хорошего. Но я ведь знала Заувера. Он действительно способный и хороший парень, поэтому вполне оправдано получил собственный корабль. А то, что практически сразу же был переброшен на подавление восстания… Так против приказа он не пошел бы, даже не будь Заувер новичком в капитанском кресле. Уж больно исполнительный… холодный и трезвомыслящий. Черты настоящего военного, с какой стороны ни взгляни…
Вот только до конца избавиться от сомнений не получилось, как бы я ни пыталась. В душе продолжал ворочаться мерзкий червячок, лелея неприятную мыслишку. Ведь он мог бы попросить корабль другого типа — исследовательский, патрульный или разведчик. В крайнем случае перевестись на орбитальную станцию или стать начальникам аванпоста. Но он выбрал именно боевой корабль. Неужели я и ему в свое время дала неправильную оценку и за фасадом спокойного и миролюбивого парня прячется что-то ещё, весьма нехарактерное для его расы? Этот вопрос пока оставался без ответа.
Однако визит Заувера меня одновременно обрадовал и несказанно удивил, заставив задуматься над его целью. Что-то я не замечала в своем линкоме писем и пропущенных звонков.