Велико было её потрясение. Она хотела идти, он не смогла. Её ноги подкосились, и она упала на колени возле постели своего супруга, сотрясаясь от рыданий. Я заметил, что глаза Рауля наполнились слезами, но не могли скатиться по лицу. Александр решительно взглянул на него, давая ему понять необходимость быть мужественным в этой тревожной сцене. Словно ребёнок, внимательно слушающий отцовские наказы, самоубийца повторял за ориентером малейшие его жесты. И когда Александр подал ему едва заметный сигнал, Рауль взял свою плачущую супругу за руку и заговорил:
— Не плачь, Эстер! Доверься Богу! Смотри за детьми и помогай мне своей верой! Мне уже лучше… И нет никаких причин для жалоб и стенаний. Дорогая моя, смерть — это не конец. Прими волю Отца Небесного, как я сейчас стараюсь принять её… наша разлука временна… я тебя не забуду! Где бы я ни был, ты всегда будешь в моём сердце! Я тоже одинок без тебя, без твоей преданности, но Всевышний научит нас превращать грусть в надежду!
Слова самоубийцы, как и мягкая тональность его голоса, удивили меня. Рауль выказывал такой потенциал деликатности и психологической тонкости, который до сих пор не открывался моим глазам. И тогда, усиливая своё визуальное восприятие, я отметил, что очень разреженные световые нити соединяли лоб Александра и мозг Рауля. И я понял, что инструктор направлял на него мощный магнетический поток, поддерживая его в трудной ситуации.
Слушая его утешительные слова, вдова, казалось, оживилась. Вся в слезах, она воскликнула:
— О, Рауль, я знаю, что сейчас мы разлучены могильной пропастью!… Я знаю, что ты должен ждать высшего решения, чтобы мы соединились с тобой навсегда… Послушай! Помоги мне на Земле в моём нечаянном и болезненном вдовстве! Встань, вернись домой, дай надежду моему угасшему духу! Защити меня от злых… не оставляй меня одну с детьми, которым ты так нужен… проси Бога об этой милости и приди нам на помощь!…
Оставаясь в постели, супруг нежно погладил ей волосы и ответил:
— Будь мужественна и верь! Помни, Эстер, что есть более сильные страдания, чем наши, и смирись… Я укреплю тебя и буду работать здесь ради нас… Ты ждёшь моей помощи, а я буду ждать твоего доверия. Господь не даёт нам проблем, которых мы не достойны! Возвращайся домой и возрадуйся! Не бойся нужды; с тобой всегда будет благословение хлеба! Ищи радость в честной работе и сей благо при любой возможности, которую мир даёт тебе! Практика блага придаёт здоровье телу и радость духу! И Бог, добрый и справедливый, благословит наших детей, чтобы они были счастливы… Не задерживайся здесь более! Возвращайся домой и верь! Храни уверенность в том, что я жив, и что телесная смерть — это только необходимое превращение!…
Понимая, что возможность встречи заканчивается, взволнованная супруга проявила крайнее любопытство, глядя на супруга заплаканными глазами, и спросила:
— Рауль, перед тем, как я уйду, скажи мне откровенно… что случилось? Кто украл у тебя жизнь?
Я мог наблюдать, как взгляд супруга вдруг стал ужасно взволнованным перед неожиданным вопросом. Он, возможно, хотел открыть истину, пролить свет на свой прошедший опыт, но магнетическая помощь Александра не заставила себя ждать. Интенсивный поток света вышел из руки ориентера, которую он держал на уровне лба самоубийцы в течение всей беседы. Выражение его лица изменилось, к нему вернулись спокойствие и мужество. Вновь спокойный, Рауль сказал супруге:
— Эстер, процесс Божьего Правосудия находится вне наших оценок… храни уверенность, что нас обучают каждый день и во всех событиях… Учись искать, прежде всего, Волю Божью…
Бедная вдова хотела продолжить разговор; в её скорбных глазах читалось сильное желание продолжения процесса утешения, но Александр взял её за руку и сказал, что им необходимо проститься. Плачущая вдова не настаивала. Собрав все свои чувства в слова, она попрощалась с самоубийцей и поцеловала ему руки с бесконечной нежностью. Уже за пределами больницы инструктор доверил её добрым заботам Ромуальды и возвратился ко мне.
Я не мог скрыть своего огромного восхищения подобными службами помощи.
Александр заметил моё состояние души и с чувством заговорил:
— Как вы заметили, работа помощи требует много усилий и братской преданности. Мы не можем забыть, что Рауль и Эстер — два духовных увечных, и в этом состоянии требуют большего понимания с нашей стороны. К счастью, вдова ушла, полная новых надежд, и наш друг, чувствуя масштаб внимания, предметом которого он стал, и отметив для себя, как много может помочь его воплощённая супруга, поспешил создать новые выражения стимуляции и энергии в своём сердце.
Впечатлённый, несмотря ни на что, видом рваной раны в его духовном организме, я спросил:
— А как же область ранения? Как долго Рауль будет чувствовать подобные страдания?
— Возможно, в течение нескольких лет, — серьёзным тоном ответил инструктор. — Но это не помешает ему интенсивно работать в области сознания, стараясь приблизить благословенную возможность обновления.