— А чулки, пеньюар, щетки, пудра, белье, духи, которые мы нашли там, в квартире, это ведь ваши вещи?
Пат уже с трудом удерживалась от истерики,
— Я не знаю,— рыдала она.— Я не знаю, как все это очутилось там.
Джим похлопал ее по коленям.
— Послушайте, моя дорогая, не отчаивайтесь. У нас бывают самые невероятные ошибки. Я хочу вам помочь. И Герман тоже. Мы все ваши друзья. Но нужно, чтобы вы тоже нам помогли, Пат. Нужно, чтобы вы .рассказали правду.
Пат посмотрела на меня.
— Я говорю правду. Я не знаю, каким образом мои вещи попали в квартиру этого мужчины. Я не знаю, как моя фотография оказалась у него. И я не была его любовницей. И никогда в моей жизни не было другого мужчины, кроме Германа.
Джим продемонстрировал необыкновенное терпение и выдержку.
— Но послушайте, Пат.— Он поискал рапорт официального полицейского врача и громко прочитал один параграф: — «Кровь на правом бедре, на. руке и на животе. И хотя молодая женщина утверждает обратное, мой осмотр неоспоримо подтвердил, что у нее были сексуальные отношения с мужчиной, возможно, даже и не один раз. По моему мнению, не позже двух часов назад. Никаких следов насилия».
Пат неожиданно вскочила с места и взмахом руки откинула волосы назад. Она гордо выставила вперед подбородок.
— Мне наплевать на этот паршивый рапорт.— Она не смогла сдержать рыдания. — Я не обманывала Германа. Я никогда не хотела этого. Я бы не смогла это сделать и предпочла бы лучше умереть. И если меня изнасиловали, то это произошло в то время, когда я потеряла -сознание.
— Осторожнее,— вмешалась миссис Андерс. — Она и сейчас потеряет сознание.
Я бросился вперед и подхватил обмякшее- тело Пат. Я почувствовал знакомое тело. Одна вещь была совершенно определенной: что бы ни сделала Пат, я не переставал любить ее и буду любить всегда.
— Итак? — вмешался Абе Фитцел.
Я взорвался.
— Великий Боже! Тебе не надоело задавать без конца, вопросы? Убирайся отсюда и иди писать свою чепуху. А что. я буду делать — пока не знаю.
Фитцел обиженно надулся.
На письменном столе Карвера зазвонил телефон. Он ответил и передал трубку Джиму.
— Это вас, полицейский врач.
— Пурвис слушает,— ответил Джим.— Я понимаю.— Он сделал знак Монту.— Запишите. Выстреляли с близкого расстояния, пуля вышла через левое ухо. Пуля размером 6,35. Около восьми часов или часом раньше. О’кей. Большое спасибо, старина. Пуля соответствует револьверу, который нашли.
Джим повесил трубку и набрал другой номер. В этот момент я понял, что все еще держу Пат на руках, и посадил ее на стул. Миссис Андерс положила ей на затылок салфетку, смоченную в холодной воде.
— Вы знаете,— призналась мне она,— иногда я говорю себе: хорошо, что я некрасива.
Действительно, это так. Действительно и то, что Пат красива. И к тому, же она — моя жена.
— Ясно,— говорил Пурвис по телефону.— Никаких следов хлорала в исследованиях, но 0,17 алкоголя в крови. Его рука в оспинах от пороха? Да, я ожидал этого. Это один из дешевых револьверов, которые легко купить.
Пат открыла глаза.
— Я ничего не делала,— слабым голосом проговорила она.— Я не могла бы сделать такое Герману.
Миссис Андерс похлопала ее по плечу.
— Ну, спокойнее, малютка.
Какая противная баба, эта Андерс. Со своей фальшивой жалостью...
Пурвис повесил трубку и подал знак мужчине с седыми волосами, который сидел около двери.
— Теперь поговорим с вами.
Мужчина встал.
— Да, сэр.
— Ваша фамилия Свенсон? — спросил у него Пурвис.
— Да, сэр. Чарлз Свенсон.
— Ваш аппарат хорошо работает? Вы хорошо слышите?
— Отлично,— ответил Свенсон.
— Это вы предупредили нас, что слышно, как в квартире Кери кричит женщина?
— Да, сэр. И я сказал Жан, это моя жена, когда мы услышали первый крик: «Слышишь этот крик? Вероятно, там, в квартире наверху, какая-то драма. Я позвоню в полицию». И сделал это.
— Вы слышали звук выстрела?.
— Нет, сэр. Мы слышали только крики.
— Что дало вам повод думать, что там может происходить какая-то драма?
Мистер Свенсон развел руками.
— Рано или поздно это должно было произойти. При такой жизни, какую вел мистер Кери. Он принимал у себя женщин в любое время дня и ночи. И очень хвастался зтим.
Пурвис указал на Пат,
— Вы уже видели эту даму, мистер Свенсон?
Свенсон надел очки с сильными стеклами.
— Да, сэр. Она ходила к мистеру Кери. И очень часто.
Старик хотел казаться щепетильным.
— В конце концов, я не видел, как она входила к нему, но видел, как она поднималась этажом выше.
— Вы видели се на лестнице в этот день?
— Да, сэр.
— С Кери?
— Нет, сэр. Она была одна.
— И выглядела как обычно? Я хочу сказать, вам не показалось, что она была под действием наркотиков или алкоголя?
Мистер Свенсон отрицательно покачал головой.
— Нет, сэр. Могу сказать, выглядела она совершенно естественно. Как обычно.
У старика был дочти извиняющийся вид.
— Нас все это совершенно не касалось. Но миссис Свенсон и я не могли не замечать ее. Она так часто проходила мимо нашей двери, чтобы подняться этажом выше.
— Как часто она бывала у Кери?
— Два или три раза в неделю.
Пурвис стал перелистывать записи показаний, пока не остановился на той, которую искал.
