Гиннес рассматривал фотографию.
— Вы что, смеетесь, Герман? — Он посмотрел на часы.— Совершенно точно, вы опоздали ровно ни три часа. Джим, Монт и Корк приходили сюда около пяти часов и задали тот же вопрос. Ответ они получили тот же: насколько я помню, он ни разу здесь не был. И почему столько шума из-за этого парня? Это он. спустил флика?
— Так думают.
Гиннес сложил свои три подбородка.
— Бедный негодяй! На его месте я бы уже давно мчался по дороге в Рио.
В задумчивости я вышел от него: где бы я спрятался, если бы убил флика?
Во всяком случае, не в Гринвич-Вилледж. Я пешком дошел до Вашингтон-сквера. Все здесь изменилось. Нет парней со слишком длинными волосами, их сменили молодые, коротко остриженные, и дети, и вообще все выглядит гораздо приличнее, чем раньше.
Хенлон живет в импозантном небоскребе, совсем близко от Пятой авеню. Преступная деятельность хорошо оплачивается, если умеешь-выходить сухим из воды.
Привратница пытается задержать меня. Я отстранил ее.
— Уголовная бригада Восточного Манхэттена.
Она принимает безразличный вид.
— Хорошо, сэр. А что вы хотите посмотреть?
Я ответил ей,что. это ее не касается, и направился к лифту, который привез меня на восемнадцатый этаж.
Уже не первый раз я наношу визит Ралфу Хенлону. Правда, ни к чему особенному это не приводило,. Но на сей раз должно быть по-другому. На сей раз я не буду надевать белые перчатки, чтобы поговорить с ним. У него мой револьвер, и я решил вернуть его вместе с бляхой во что бы то ни стало.
Я нажал на кнопку звонка. Раздался красивый звон. Хенлон сам открыл дверь, будто ожидал кого-нибудь.
— Что вы хотите? — спросил он.
— Войти.— Я отстранил его, чтобы пройти в квартиру. Из небольшой передней дверь ведет -в огромную гостиную. По сравнению с ней моя гостиная просто малюсенькая. Одни только занавеси и концертный рояль стоят вдвое больше, чем вся моя обстановка. На диване блондинка в черном костюме. Можно подумать, она только что плакала.
Хенлон следом за мной, прошел в комнату.
— Что вы хотите? — повторил он.
— Бляху и револьвер.
— Послушайте, Стоун, вы отдаете себе отчет в том, что говорите?
— Вы отлично понимаете, что я говорю, и отступать я не собираюсь. После того, как я как-то утром съездил вам по морде у Гиннеса, вы послали своих парней пощипать мне перышки. Это произошло в темном подъезде на Гроув-стрит. Я проиграл. А им показалось очень забавным лишить меня оружия и бляхи. А также монет и бумаг.
Блондинка встала и подобрала накидку.
— Мне, кажется, лучше уйти.
Я кинул на нее. взгляд.
— Не двигайтесь.
Она снова села. Не возражая. Это удел бедных. Некоторые девушки, как только им удается заработать несколько долларов, стремятся получить их еще больше. Блондинка явно относится к этой, категории. И ей уже, видимо, приходилось иметь дело с представителями порядка. Но на этот раз на шутку не похоже. Она не хочет наживать себе неприятности, отказываясь подчиняться распоряжению флика.
Я посмотрел на нее. Мне трудно прочитать что-нибудь на таком лице. Вероятнее всего, девушка работает на богатых по их вызовам. Я чувствую, как на висках у меня вздувается вены. Джой Симон должен был получить от двух до десяти лет за то, что занимался поставкой девушек пo сто долларов за ночь. И вдруг я обнаруживаю такую блондинку у Ралфа Хенлона. Возможно, это не простое совпадение.
— Не понимаю, о чем вы говорите, — продолжал Хенлон.
Я повернулся к нему.
— Держу пари, отлично понимаете. До какой степени вы замешаны В этом деле, Хенлон?
— Не понимаю, о чем вы говорите,— повторил он.
Блондинка сделала движение, чтобы, открыть свою сумочку. Я забрал ее и заглянул внутрь. Оружия там не было. Я вернул сумочку с не очень любезной улыбкой.
— Я хотел бы узнать у вас кое-что.
— Что? —спросила она.
— Вы очаровательны. Сколько это стоит, дорогая?
Она сделала хитрую мину, какую обычно делают такие девицы. Потом ответила, хлопая ресницами:
— Э-э, вообще-то я беру сотню долларов. Но вам я охотно сделаю скидку, потому что мне не придется платить комиссионных.
Неожиданно до нее дошло, что она сказала. Ее улыбка сразу утратила уверенность.
Я обратился к Хенлону.
— Покупатель или продавец?
К нему уже вернулся его нахальный вид. Он пытается изобразить, что ему все нипочем и что он знает свои права гражданина.
— Уходите отсюда. Немедленно! Мне безразлично, кто вы. Вы не имеете никакого права врываться в мою квартиру без ордера на обыск.
Я показал ему дуло револьвера.
— Об этом я уже подумал и потому пришел вместе с ним. Где прячется Джой Симон, Ралф?
Я заметил закрытую дверь, которая, вероятно, была дверью спальни.
— Посмотрим ту комнату, проходите вперед, Ралф.
По его наглому лицу пробежала тень.
— Скорее я сдохну. Вам это дорого обойдется, слишком дорого, Стоун.
— Так всегда говорят.
Улыбка блондинки просто пленительна.
— Там лежит мой. приятель Тони. В постели. У него сломана нога.
Хенлон выругался по ее адресу. Я стал думать, кому она подыгрывает — ему или мне? Когда я появился, она плакала. Может быть, он чем-нибудь обидел ее и теперь ей доставляет удовольствие отомстить ему? Я: толкнул. Хенлона к двери.
