Миссис Всё на свете полностью

– Продавай свои кассеты на благотворительных распродажах или тем леди, которые ходят на твои занятия. Зарабатывай себе на булавки.

Джо кивнула и попятилась, поднявшись по лестнице спиной, как делал ее отец, выходя из синагоги, чтобы не поворачиваться задом к слову Божьему. На булавки, подумала она, улыбаясь собственной глупости, и приступила к мытью посуды.

На следующее утро она сообщила новость Нони. Разумеется, подруга пришла в ярость. «В этом весь Дэйв, – заявила она, велев Джо не расстраиваться и думать шире. – Попробуй дать объявление в Hartford Courant или позвони местным журналистам и попроси уделить тебе время в воскресных утренних новостях». Джо так и не сподобилась. Ее все устраивало. Ей нравилось вести занятия, бегать по дорожке под кронами деревьев под бормотание игроков в гольф или под стук клюшки по мячу. Джо держала коробку с кассетами в багажнике, продавала их ученикам и на распродажах в синагоге. Деньги пригодились Ким для оплаты подачи документов в колледж, да и Лайле понадобился лишний год наблюдения ортодонта из-за неправильного прикуса на обеих челюстях. «Этого достаточно», – сказала себе Джо. Они пережили банкротство, им хватало денег для оплаты счетов. Джо так и не воссоединилась с любовью всей своей жизни, но разве многим женщинам, которые любят женщин, это удается? Может, есть и такие, кому хватает храбрости, только они живут в крупных городах или в коммунах. У Джо уже не осталось ни нервов, ни времени. Ее отец умер, не дожив до сорока шести, мать – в семьдесят один год. Скоро их с Дэйвом гнездышко опустеет, девочки встанут на крыло и улетят, потом пенсия, потом их дочери унаследуют землю и заживут той жизнью, о которой Джо когда-то мечтала. Может, она так и не напишет свой роман, может, они с Дэйвом не переедут в особняк в Авондейл-Вудс и у них не будет бассейна, как у Прессманов, и все же рано или поздно у них появятся деньги, чтобы обновить кухню.

Именно так думала она однажды в апрельскую пятницу, когда Дэйв позвал ее в свой офис поговорить. Мисси ушла гулять с подружками по футбольной команде, Ким – с Дереком Рудольфом, с которым встречалась со школьного бала. Лайла как всегда сидела у телевизора, точно приклеенная, и смотрела ситком «Полный дом». Джо спускалась по лестнице, размышляя о замене кухонной техники или хотя бы серебристо-зеленых обоев – привета из семидесятых годов. Может, стоит сделать ремонт в несколько этапов, подумала она, устраиваясь на стуле. Сначала обои, а если получится убрать стену между гостиной и кухней…

– Джо. – Дэйв смотрел на нее мрачно, подавшись вперед, все еще в костюме, который надел днем. Заболел, первым делом подумала Джо и, к своему большому стыду, ощутила облегчение. Она от него избавится и станет свободна! Может, она уже не молода, но еще и не стара. Впереди целая жизнь и… – Мне очень жаль, – сказал Дэйв, чуть не плача.

Похоже, она пропустила что-то важное.

– Почему тебе жаль? – поинтересовалась Джо, стараясь сохранять соответствующую мину.

Дэйв опустил взгляд, словно не мог смотреть ей в глаза. Джо почувствовала, как изменилась атмосфера – надвигается буря. Она сжала кулаки, приготовившись к любым испытаниям.

– Сама знаешь, в последнее время не все шло гладко.

Джо промолчала. Руки и лицо похолодели. В последнее время все наконец-то наладилось, подумала она. Что же я пропустила?

Плечи Дэйва дрогнули, он всхлипнул и выпалил:

– Джо, я хочу развода!

Губы Джо онемели, руки стали ледяными, голова пошла кругом. Ее охватил шок и страх, гнев и облегчение. Да, огромное облегчение. Дэйв не умрет, но уйдет из ее жизни. Она будет свободна!

Насладившись внезапной радостью, Джо задала банальный вопрос:

– У тебя кто-то есть?

Дэйв коротко и стыдливо кивнул.

– Кто она? – заставила себя спросить Джо, и у Дэйва хватило такта, чтобы изобразить стыд.

– Нони Скотто.

– Вот она, – указала Бетти на высокую худую девочку с копной черных спутанных волос, спускающуюся по трапу.

Ее племянница вступила в ту нелепую пору, которую Бетти помнила по своей юности, когда ты уже не ребенок, но еще и не подросток, и кажется, будто половина частей твоего тела вошла в команду под названием «пубертат», а другая половина безнадежно отстает. Узкие плечи Лайлы согнулись под весом рюкзачка, спортивная сумка заставляла ее крениться влево и идти зигзагами.

Четыре года назад Бетти едва сдержалась, чтобы не крикнуть: «Я же тебе говорила!», когда сестра позвонила сообщить об уходе Дэвида, и едва не ахнула, узнав, к кому он ушел.

– Чем я могу тебе помочь? – спросила Бетти.

Она хотела одолжить денег для выкупа доли Дэйва, чтобы Джо с девочками могла остаться в доме, только Джо отказалась наотрез.

– Я не смогу: Дэйв переезжает к Нони, а она живет на той же улице.

– О боже!

– Хочу начать все сначала на новом месте. – Голос Джо дрогнул. – Лучше где-нибудь в Авондейле, пока Лайла не окончит школу.