Mister Black полностью

больше подошел костюм Франкенштейна, чем Дракулы, смотрит на меня сверху

вниз, потом быстро начинает крутить меня, чуть ли не отправляя в падение, и

бормочет непристойным тоном в мою шею:

— Хм, как насчет того, чтобы я отнес тебя в мое логово.

Прежде чем я успеваю ответить ему, чтобы он отпустил меня, мы оба дергаемся

и оказываемся в вертикальном положении. Блэк жестко хватает его за плечо.

— Отпусти ее, Ник, — он говорит спокойный тоном, но от него веет угрозой.

— Остынь мужик, просто дай сыграть мою роль, — говорит Ник

непринужденным тоном, пытаясь отмахнуться от него.

Рука Блэка не двигается.

— Я собираюсь еще раз по-хорошему попросить тебя. Убери от нее свои руки.

Ник на секунду прищуривается, затем отпускает меня, поднимая руки.

— Видишь, никаких проблем.

— Выйди на террасу и протрезвей.

— Что? — Ник пытается оттолкнуть Блэка, но прежде чем он может сказать

хоть слово, неожиданно оказывается на коленях посреди толпы. — Оу, ты мудак!

Отпусти мое плечо.

— Я. Что. Неясно. Выразился?

Блэк говорит грозным тоном, не повышая голоса. Я наблюдаю за переменой,

которая просто поражает, с какой быстротой он двигается и действительно

выражает беспощадность.

С какой силой он должен нажимать на плечо, что Ник вдруг морщится от боли

и со свистом говорит:

— Хорошо. Я выйду на улицу.

Блэк кивает в сторону французских дверей.

— Направляйся. И сделай так, чтобы я не видел тебя здесь хотя бы полчаса.

В следующие несколько секунд Ник выходит, в глазах Блэка появляется

удовлетворение, и он говорит приглушенным тоном, опустив свою руку на мою

поясницу:

— Ублюдку повезло, что я великодушен сегодня.

— Благодарю, — говорю я. — Я думаю, что Дракула наверняка немного

перепил.

Это называется великодушен? Если бы Кэс рассказала мне эту историю, я бы

подумала, что Блэк явно какой-то высокомерный неандерталец, но оказавшись

свидетелем его молниеносных инстинктивных действий, я понимаю, что его работа

— это гораздо больше, чем просто выбор профессии, в конце концов, это

продолжение его самого. Он справился с ситуацией быстро и эффективно, как

профессионал.

Черт, что он сделал бы со мной, если бы узнал, зачем я здесь? Испытывая

тревогу, я использую песню в быстром темпе, как предлог отойти от него подальше,

пока прочесываю глазами толпу в поисках Кэс.

Как только мой взгляд фокусируется на ней, и она находится полностью в моей

прямой видимости, танцующей с парнем шатеном, одетым в белую униформу, ко

мне тут же возвращается мысль о причине, из-за которой я нахожусь здесь.

Несомненно, она быстро утомила Дэмьена. Интересно, как мистер Униформа

вписывается в ее план «мести Селесте».

Я ловлю взгляд Блэка, который внимательно смотрит на меня, поэтому

показываю подбородком в сторону Кэс.

— Кто этот моряк?

Он обхватывает меня за талию и кружит, только лишь мельком взглянув в их

сторону, когда мы делаем полный круг.

— Ты узнала его форму, как форму Военно-Морского Флота?

— Все знают, белый — официальный цвет Морского Флота. Кто он?

— Не все, — он качает головой, и его губы изгибаются в легком недоумении. —

Это Колдер.

— Я думала, чтобы попасть на эту эксклюзивную тусовку, необходимым

требованием было надеть маски. Почему у него нет маски?

Он пожимает плечами.

— Его решение не менять униформу, которую почитают.

— О, он действительно служит в ВМФ?

Блэк кивает, и теперь я понимаю, что именно делает Кэс. Селеста бы никогда

не приблизилась к военному. Одетому в костюм и с миллионами в банке, конечно,

но моряка, живущего на правительственную зарплату, она бы рассматривала ниже

своего социального статуса. Я оглядываюсь вокруг, конечно, некоторые люди

заметили это. Я хмурюсь, наблюдая, как Кэс и парень разговаривают и танцуют.

Совершенно не обращая внимания на ехидные взгляды и робкие замечания,

обсуждающие их, парень опускает голову вниз, чтобы услышать, что говорит ему

Кэс. Когда он выпрямляется и громко смеется, обхватывая рукой ее за талию и

притягивая ближе, моя соседка по комнате в колледже широко улыбается.

В какое-то мгновение я вижу, как она поворачивается и забирает два бокала

шампанского с подноса официанта, прогуливающегося вдоль края танцпола. Я

перестаю танцевать, потому что мое беспокойство зашкаливает.

— Извини, но мне нужно поговорить с моей подругой.

Он хватает меня за руку, прежде чем я могу уйти.

— Оставь их, — говорит он непререкаемым тоном.

— Ты не понимаешь…

— Он вернется назад в следующие сорок восемь часов. Дай ему насладиться

последними часами.

Когда я пытаюсь стряхнуть его руку, его рот превращается в прямую линию.

— Может пройти год или больше, прежде чем он вернется назад. Пусть

наслаждается.

Я поднимаю брови, но понимаю, что он прав. В конце концов, Кэс не может