Мистер Пропер, веселей! полностью

– Э-э-э-э, любезный вы мой Николай Иванович, – остановил его Лёвушка, – это мы мужчины в подарках видим в первую очередь некое стоимостное выражение, а женщины – существа ангельские; для них подарок, сделанный нами, – вовсе не то значит, что для меня и для вас. Вот если бы вам пришлось купить сегодня кольцо, о чём бы вы подумали в первую очередь? – и, не дав возможности ответить, он продолжал: – Вы бы подумали о том, сколько денег вам удалось заработать в этом месяце, сколько нужно потратить на неотложные нужды и во сколько обошлось это проклятое кольцо! Кольцо пробивает дыру в ваших расчётах, в вашей материалистической коре и причиняет серьёзное раздражение. Разве не так?

Гаврилов вынужден был согласиться.

– А когда вы купили бы кольцо, не задумываясь, не считая денег? Последнее бы вытащили, а то и заняли у друзей? – спрашивал Лёвушка и тотчас отвечал: – Правильно! Когда только ещё начинались ваши отношения с Анной Геннадьевной! Но для неё, что теперь, что тогда, подарок, полученный от вас, имеет одинаковое значение. Кольцо как символ вашей духовной связи. Кольцо как знак вашего внимания к ней. Для вас это всего лишь сделка, убывание вашего имущества и увеличение её, тупая математическая операция, а для вашей жены акт дарения обставлен таким количеством невидимых мужскому глазу обстоятельств, её снами, настроениями, переменами погоды – в этом волшебном круговороте кольцо лишь повод, лишь катализатор, всего лишь песчинка, вокруг которой в раковине женского воображения нарастает целая жемчужина любовного переживания.

– И что для любви обязательно нужно кольцо? – скептически осведомился Н. И.

– Ну да, без песчинки не будет жемчужины, – ответил Лёвушка.

– Я вам не верю, слишком уж всё получается просто.

– А вы попробуйте, и поймёте, что это работает безотказно, – сказал психотерапевт.

– Неужели она не заметит, что вместо любви я подсунул ей какую-то побрякушку? – продолжал недоумевать Н. И.

– Не заметит.

– А если я не хочу играть в эти странные игры, делать подарки и следить за её реакцией? Тем более вдруг ваши прогнозы окажутся верными? Выйдет, будто бы я дёргаю жену за ниточки, как некую марионетку!

Лёвушка пожал плечами:

– Тогда разводитесь. Для того чтобы сохранить семью, нужно соблюдать технологию и быть кукловодом. Других способов нет.

Анна Геннадьевна появилась у Лёвушки несколько дней спустя. Он лично встретил её в приёмной, помог снять плащик, отпустив комплимент по поводу духов, подал тапочки и суетился вокруг всю дорогу, провожая в свой кабинет. Забегая то с одного, то с другого бока, предупредительно раскрывая дверь, Лёвушка напоминал паучка, который плетёт кокон вокруг захваченной жертвы. В итоге Анна Геннадьевна почувствовала себя в самом центре лёгкого облачка паутины и голова её отчего-то закружилась так сладко.

– Лев Сергеевич, вы всегда очень любезны, – сказала она.

– А вы, – отвечал он, – необыкновенно очаровательны! Прошу вас, садитесь, – и он руками сделал над диванчиком такое движение, будто бы взбил перину для царственной особы.

– Благодарю, – Анна Геннадьевна села на край, сохраняя спину прямой и руки сложив на коленях, выглянувших из-под дорогой серой юбки.

– Шампанского? – спросил Лёвушка, подбегая к холодильничку, стоявшему тут же в углу. – Есть «Дом Периньон»!

Он замер с бутылкой в руках. Анна Геннадьевна сначала заколебалась, а потом махнула рукой:

– А знаете что, не откажусь от бокала, тем более что, как я вижу, оно у вас в достаточной степени охлаждённое.

– Конечно! – Лёвушка даже немного подпрыгнул. – Охлаждено до самой правильной температуры!

Из холодильника он извлёк ведёрко, полное льда, с хрустом сунул в него шампанское и поставил затем на стол.

– Бокалы! – щёлкнул он пальцами, сделал стремительный разворот на одной ножке и бросился к шкафу.

Через несколько минут бутылка была откупорена, джин выпущен с лёгким шипом, а в бокалах пузырилась игристая жидкость.

– За прочные семейные отношения! – произнёс Лёвушка и чокнулся с Анной Геннадьевной.

– Да, – кивнула она.

Затем они обсудили визит к Лёвушке Николая Ивановича; при этом психотерапевт опустил большую часть своего диалога с ним.

– Так что же ему нужно? – спросила Анна Геннадьевна расстроенным голосом. – Чего не хватает ему в браке со мной?

– Боюсь, того, что ему нужно, вы лично не сможете уже дать, – посетовал Лёвушка. – На это способна только любовница, но никак не законная супруга!

– Выходит, я должна закрывать глаза на его любовниц, если таковые появятся? – спросила Анна Геннадьевна, наклоняя вперёд голову.

– Нет, вовсе нет! – руки Лёвушки будто бы лепили невидимые пирожки. – Вам следует дать ему то, что станет достойной заменой сексу.

– Что же это?

– Чувство, что он самый лучший, и вы одна можете оценить это!

– Но он и так, пожалуй, один из лучших, и, кажется, знает об этом!