Меж тем Артас, посчитав, что изложил всё, нам необходимое, коротко попрощался, да и исчез, пообещав выйти на связь — сам или через помощников — в самом скором времени. Ну и искренне посоветовал пока не пытаться ломиться на Землю во избежание разного рода «несчастных случаев», устроенных понятно какой стороной.
— Задумался? — сверкая глазами и играясь уже не с кровавой кистью, а с таким же пером, произнёс Никсар Рисовальщик. — И наверняка о нашем ма-аленьком, но все ж своём мирке. Не хочется его на прожор всяким уродам отдавать, да?
— Ещё как не хочется.
— Тогда нужно договариваться с остальными. Сперва со всеми нашими, начиная с тех, кого лично знаем, а потом… Тьфу, говорить не особо хочется, но придётся и с «арагорновцами» контакты искать. Осторожно, начиная с более адекватных. И предварительно понять, что у их покровителя с этим херовым Наблюдателем за отношения. Иначе вляпаемся.
— Вляпаться очень уж не хочется, — соглашаюсь с коллегой. — Но даже есть слона лучше по кусочкам. Так что давай пока без контактов с эмиссарами Арагорна. Насколько я слышал, мы и присягнувшие Порядку друг друга покрошить нехило так успели. Между многими из нас кровь, а это один из сильнейших разделителей.
— Земля!
— Тоже верно. Но говорить лучше всего с позиции силы. А её только предстоит собрать из отдельных частей в единое целое.
Несколько росчерков пера, а вот в воздух уже взмывает нечто, похожее на ожиревшего крокодилёныша с перепончатыми крыльями, увлечённо лязгающее пастью, но пока не выбравшее толком объект, который можно слопать без того, чтобы не вызвать неудовольствие создателя.
— Кыш, — отмахивается от дурного и мимолетного воплощения своих мыслей и творческого порыва Рисовальщик. Тем самым давая творению «вольную» и, соответственно, право на 'свободную охоту. — Он сожрёт, но скорее его сожрут. Туман! Разговаривать с коллегами по эмиссарству будем. И планировать возвращения на землю в силах мощных, чтобы быть готовыми.
— Наблюдатель. Про него больше узнать надо. У Артаса, Шута… Может и кто из наших с ним сталкивался.
— Или из «арагорновцев», Тень. Про них тоже забывать нельзя. Попробуем «навести мосты» с наиболее адекватными, не фанатичными последователями Порядка и не с теми, кто стал кровником.
— Серьёзная работа.
— Очень, — соглашается малость безумный мистик-художник. — А мы что, пальцем сделанные и сквозь дырку к гондоне погулять выползшие? Справимся!
Киваю, соглашаясь в целом, но вот насчёт частностей, чую, ещё предстоит как следует поразмыслить. А ещё… Да, одну мою спутницу частностью если и реально назвать, то из числа тех, которые требуют первостепенного решения. Следовательно…
— Ну что, Лиара, как тебе всё происходящее? Понимаю, попала в самый что ни на есть эпицентр политики и войны не отдельного мира или даже нескольких миров, а аж целого Веера, где этих самых миров многие тысячи, если не больше. Однако там же и твои враги, Незримые. Те, кто остались.Поэтому…
— Я тебя слушаю, Тень, — и глаза со зрачками-часами пристально так на меня уставились.
— Тут варианта то всего два. Ну или три, если совсем откровенно. Третий и вряд ли тебе интересный — в вольное плавание по мирам Веера. Но это ты вроде как уже проходила и закончилось оно… не слишком успешно.
— Переходи к двум оставшимся.
— Яволь. Можно сопроводить тебя до родного мира, причём с рекомендациями к таким важным там теперь персонам, как Рэнду Механист, Крио, Утраг. Последний, это заправила из Стазиса, сыгравший немалую роль в сокрушении Чёрного Бархата. Примут если и не как родную, то с подобающим уважением и гарантиями не только безопасности, но и возможности занять достойное место в обновившемся и уже не поделённом на две части мире.
Призадумалась бывший Корректор. Серьёзно так, поскольку видела и мою серьёзность, и определённые плюсы данного варианта для себя родимой. Однако не прошло и минуты, как быд дан чёткий ответ:
— Только если оставшееся из твоих предложений не понравится. Там меня никто не ждёт. Пройденная часть жизни.
— Тогда остаётся положение напарницы в делах разных, сложных, но неизменно интересных. И опасных, поскольку во враги однозначно записываются и Незримые, и эмиссары — может не все, но немалая их часть — Арагорна, этого олицетворения порядка в Веере. Опять же Наблюдатель с его ни разу не дружественными телодвижениями по отношению к моему родному миру и особенно нам, из его пределов вырвавшимся. Если тебе эта головная боль нравится — добро пожаловать в не столь и тесную компанию безумцев. Однако есть один ма-аленький нюанс.
Гомерически хохочет Рисовальщик, прекрасно знающий тот самый анекдот, в котором слово «нюанс» обыгрывалось самым препохабным образом.
— Нюанс?
