Римские историки всеми силами пытаются объяснить, почему Помпей не продолжил преследование царя. Наверное, римский полководец думал, «что самому ему никогда не обойти кругом ни Понт, ни Меотиду» (Арр. Mithr. 103). Но другая мысль Плутарха кажется спорной: «Преследование Митридата, который скрылся в области племен, живущих на Боспоре и вокруг Меотиды, представляло большие затруднения» (Plut. Pomp. 35). Такие ли большие? У Помпея – армия и флот, который стоит в Фасисе. Вообще-то был реальный шанс высадить десант на Боспоре и захватить царя. В свое время для установления контроля над Боспором римляне использовали 40 кораблей и 3000 легионеров. В данный момент в распоряжении Помпея было значительно больше. Следует помнить, что на Боспоре еще правит Махар. Даже если Митридат уже приблизился к Горгиппии или Фанагории, время еще есть: Махар, узнав, что отец приближается, сжег корабли, чтобы отрезать царя от Пантикапея. Кажется, Помпей просто испугался этого похода – «он видел, что к Митридату трудно подступиться с оружием». Кроме того, война в Причерноморье не сулила столько добычи, сколько можно было взять в Армении и Сирии, – десятки тысяч талантов. Среди римлян многие порицали Помпея за отказ от преследования Митридата. Может быть, они были и правы. Так или иначе, Помпей ограничился тем, что объявил о блокаде Боспора. «Объявив, что он обречет царя в жертву врагу более страшному, чем он сам, – голоду, Помпей своим флотом преградил путь купеческим кораблям в Боспор. Тем, кто будет пойман при попытке прорвать заслон, было объявлено наказание – смертная казнь» (Plut. Pomp. 39). Смелая идея – ожидать, что Митридат умрет от голода, захватив главного экспортера хлеба в регионе. Возможно, римляне ожидали, что экономическая блокада оттолкнет от царя греков Боспора и Херсонеса, но эта мера могла сработать, только если царь планирует никуда оттуда не уходить и жить в Пантикапее годами.
Вспомним вопрос П.О. Карышковского: «Ведь сумели же парфяне остановить римскую экспансию, где собственно доказательство того, что поражение Митридата не имело альтернатив?» Окончательный триумф стратегии и тактики, сформулированной Митридатом, произошел в мае 53 года до н. э. в знаменитом сражении при Каррах. 7 легионов, 4 тыс. конницы и 4 тыс. легковооруженных пехотинцев (всего примерно 40–42 тыс.) под командованием Красса двинулись в Парфию, уверенные в быстрой и легкой победе. Как видим, силы римлян примерно совпадали с тем, что было у Лукулла. Им противостоял корпус парфянского полководца Сурены, состоявший из тысячи катафрактариев, 10 тыс. легкой конницы и 1 тыс. легкой пехоты. У римлян был большой численный перевес. На первом этапе кампании парфяне применяли именно «скифскую тактику»: отступали, заманивали, перерезали коммуникации, но избегали решающего сражения. Следует учесть, что Красс сразу допустил ошибку, наступая не вдоль реки и тем самым дав парфянам возможность перерезать коммуникации. Можно предположить, что парфяне сознательно заманивали римлян: «Несколько разведывательных команд, вернувшись с рекогносцировки, донесли, что местность совершенно безлюдна, но замечены следы множества лошадей, как бы повернувших назад и уходящих от преследования, вследствие чего и сам Красс еще больше утвердился в своих надеждах на успех, и воины прониклись пренебрежением к парфянам, думая, что те в бой не вступят» (Plut. Crass. 20).
Вскоре римляне оказались в песчаной местности, и их движение замедлилось, воины изнемогали от жажды и усталости. На настроение римлян оказывали воздействие и слухи о парфянских лучниках: «От преследующих парфян убежать невозможно, сами же они в бегстве неуловимы, будто их диковинные стрелы невидимы в полете, и раньше, чем заметишь стрелка, пронзают насквозь все, что ни попадается на пути» (Plut. Crass. 18).
Когда Сурена пришел к выводу, что наступил удобный момент для боя, парфянская армия сделала попытку атаковать легионы Красса. Парфяне активно использовали конных лучников, осыпая римлян тучей стрел. Римский полководец «построил свое войско двойным фронтом в глубокое каре, причем с каждого из боков его выставил по двенадцати когорт, а каждой когорте придал по отряду всадников, дабы ни одна из частей войска не осталась без прикрытия конницей». Е.А. Разин считает, что римляне столкнулись с новой и не знакомой им тактикой. Может быть, и так, но приказ Красса показывал, что он понимает замысел противника и знает, как действовать против парфянской конницы.
