И вот снова вечер, в котором можно наконец-то предельно честно и искренне признаться: Я царь – я раб – я червь – я бог!.. А ближе к ночи можно и ехидно подумать об Америке, соединенной штатами, которой так завидовал с утра, борясь со снами в антиобщественном транспорте. Пока мы сновали по городским лабиринтам, она враждебно нежилась в джакузи, вальяжно посматривая в TV, заказывая пиццу в свои одноэтажные небоскребы. И совершенно не думала обо мне. Не думала о безработных, но отчего-то все равно беззаботных голодающих африканских голодранцах. Не думала о нас, посещающих работу и получающих зарплату, но все равно понурых и одержимых идеями космоса. Извечно экономящих, ущемленных в супермаркете соблазнов, делающих друг другу едкие комплименты, варящихся в собственном котле. И не желающих знать об этом ничего. Потому что якобы некогда, якобы есть дела, важность которых посильнее… Теперь ваш выход на сцену театра абсурда, янки. А мы, пока солнце отвернулось, отлежимся за шторами. Хотя, конечно, мы по-прежнему никогда не спим, а только выжидаем окрика демона утра – будильника.
Ева Адамовна, пишу вам это сочинение из крепости своего духа, в которой подрабатываю по ночам узником совести. Настроение сочинения во многом продиктовано жизнепередрягами Я, который вновь ходил сумрачным, сползая в обычную привычку к неудачам. И, знаете, было бы с чего: очередная придуманная Вера-Надежда-Любовь – Разуверила-Обнадеждила-Разлюбила.
Но в целом Я не приуныл. Выкарабкался из карибского кризиса с помощью сыворотки работы. Как теперь вспомнить, кто подал идею учредить русское отделение «Охотников за привидениями», но Я сгоношил под это дело ряд духовных отцов, а те дали денег, согласившись, что привидения – это достаточно призрачно, чтобы бороться с ними безжалостно, как с коррупцией. И как печально теперь признавать, что Я погубил себя сам, стоило только получить неожиданный успех у женских привидений, прежде таких невидимых и неуловимых. Но кончилось все как жизнь предсказуемо – подцепив какую-то незримую заразу от особенно полюбившей потусторонней женщины, Я и сам сделался привидением.
Каково же было удивление его соратников, когда они все вместе, как обычно приехав на выполнение заказа по излову всякой всячины на загородный корпоратив, вдруг увидели, что в ловушку, помимо прочих, затягивает и их духовного лидера… Тот и сам, казалось, только в эту минуту осознавал всю подлинную серьезность и курьезность происходящего.
