Во-первых, смех всегда содержателен, если это настоящий смех, а не хихиканье. Достаточно пообщаться с Бомарше и его бессмертным героем Фигаро, вспомнить Райкина и послушать Жванецкого. Восприятие смешного адекватно восприятию красоты, оно служит познанию себя и жизни, конечно, если это не «животная» пошлятина.
Во-вторых, оно – отвлечение, а отвлечение, в конце концов, тоже продуктивно, тем более, что здесь оно сопряжено с содержательностью.
Заметим, что отвлечения, независимо от их сложности, как подготовка к продуктивной деятельности прямо или опосредованно влияют на развитие личности и общества. Аналогичную роль они играют, по-видимому, у обезьян и ряда других животных и, таким образом, эволюционно отобраны для видов с достаточно развитой психологической сферой.
Естественно, что эволюционное значение красоты можно увидеть и в наиболее абстрактном виде искусства – музыке.
В опере, музыкальном сопровождении драматического спектакля или кинофильма музыка соединена с содержанием и переживаниями персонажей. Поэтому здесь пониманию их музыкальной содержательности способствует фабула произведения.
Сложнее воспринимается содержательность программных музыкальных произведений. Надо знать историю их создания, замысел композитора и мысленно сопоставлять их с тем, что вы слушаете.
Содержательная составляющая усиливает ваши эмоции от самой музыки и переводит ваше психическое состояние на более высокий потенциальный уровень, что позволяет вам быстрее и легче решать возникающие жизненные задачи.
Этим музыка способствует вашему успеху в жизни, в этом состоит проявление красоты как эволюционного фактора при восприятии таких произведений.
Вспомним химика Бородина, много времени посвящавшего композиторству и прославившегося не как химик, а как автор оперы «Князь Игорь» и «Богатырской» симфонии. Примеров много, полагаю каждый, не чуждый классической музыке, может предложить какие-нибудь свои. Я, погружаясь в музыкальные дрёмы, начинаю слышать мелодию «Марсельезы» в 3-ей («Героической») симфонии Бетховена или поступь «Фатума» в 5-ой симфонии Чайковского.
Сказанное выше об эволюционной сущности красоты музыкальных произведений в полной мере относится и ко всем видам изобразительного искусства. Художник, скульптор могут представить вам произведение, напрямую трактующее содержание предмета, могут, как и в музыке, выразить свои переживания при общении с ним и всем миром на абстрактном языке[15].
Таким образом, красота в обобщенном понимании, с одной стороны, способствует вашему успеху через содержание и ваш опыт, с другой, – через эмоциональный подъем и активизацию психики. В этом проявляется значение красоты как эволюционного фактора и эволюционная обусловленность её возникновения.
Подчеркну, чтобы сразу развеять возможное недоумение: в произведении искусства, посвящённого некрасивому объекту (например, «Крик» Мунка, «Капричос» Гойи и т. п.), всегда есть своя красота – ярчайшая выразительность содержания, иначе оно не искусство [9].
Вспомним ещё раз Козьму Пруткова и оставим в стороне, литературу, государственную службу, спорт и другие формы деятельности. Всем им сопутствует красота, прямо или опосредованно через отвлечения способствующая развитию социума. Однако оставить в стороне роль красоты в науке нельзя. Это особый случай.
Наука. Во всех сферах жизни социума деятельность людей направлена на обеспечение самой жизни как таковой, в научной сфере – ещё и на развитие жизни. Это привело к существенному различию между ними. Главным способом деятельности ученых является не оперирование техническим инструментарием, а мышление – работа интеллекта. При этом мышление происходит в виртуальной форме [5], то есть объекты, с которыми имеет дело мозг, в данный момент не существуют, они в воображении, как представления этих объектов. А вот ощущение красоты вполне реально. Оно может быть вызвано стройностью логики мыслей, внезапными озарениями, пришедшими в голову новыми идеями. При этом возникает эмоциональный всплеск, дополнительное возбуждение нейронных структур, вовлечённых в разрешение данной ситуации, и активизация ранее не работавших функционально смежных структурных областей мозга. Структурный след от этих процессов сохраняется и служит основой эволюционного проявления красоты. Суть этого проявления состоит в активизации и совершенствовании ЦНС, в расширении её информационной базы и, следовательно, в развитии интеллектуальной сферы человека, как сложной единой эволюционирующей системы. Мне кажется, такое предположение вполне допустимо. В результате ощущение красоты в науке в действительном и виртуальном интеллектуальном пространстве так же, как и в остальных сферах жизни социума, проявляется как эволюционный фактор.
