– Моя милая Шарлотта, – выдавила женщина, прежде чем ее глаза наполнились слезами.
Застигнутая врасплох как этим проявлением эмоций, так и тем, что ее назвали Шарлоттой, Слоан взяла Тилли за руку, ощутив шероховатость кожи, выдававшей истинный возраст женщины, и обняла ее.
– Не плачьте, – прошептала Слоан. – Потому что если вы заплачете, то и я заплачу.
Объятия длились целую минуту, в то время как семья аплодировала воссоединению. Тилли наконец ослабила хватку и перевела взгляд со Слоан на своего мужа.
– Ее глаза, Рид. Я вижу его в ее глазах.
– Невероятно, не так ли? – присоединилась Нора. – Это первое, что я заметила. У тебя глаза Престона.
– И улыбка Аннабель, – добавил Рид. – Она прекрасна.
Слоан пожала плечами.
– Я видела только фотографии из таблоидов.
– Исправим, – заверила Нора. – Мой муж раскопал фотографии Аннабель на чердаке. Я покажу их тебе. Они намного лучше, чем те, которые использовали СМИ.
– С удовольствием посмотрю.
– Полагаю, в представлении нет необходимости. Слоан, это Тилли и Рид Марголис.
– Здравствуйте, – улыбнулась Слоан.
– Я просто не могу в это поверить, – проговорила Тилли, все еще глядя в глаза, которые напоминали ей глаза ее сына.
– Я с удовольствием вам все расскажу, – продолжила Слоан. – Как я нашла вас и как Нора помогла, в общем, всю историю.
– Мы были бы очень рады, – признался Рид. – Нам невероятно любопытно.
Повисла неловкая пауза, пока Слоан смотрела на Тилли и Рида.
Она почувствовала, что за ними наблюдают остальные члены семьи.
– Ладно, – Нора обратилась ко всем присутствующим. – Давайте не будем глазеть на бедную женщину, как на экспонат в музее. Я представлю Слоан каждому из вас. Помните, вы все знакомы между собой, и за последние несколько дней вы узнали все о Слоан. Однако она никого не знает. Так что давайте не будем шокировать ее еще сильнее.
Слоан впервые обратила внимание на бейджики – гладкие белые квадратики с нацарапанными синими чернилами именами, прикрепленные к груди каждого.
– Позвольте мне познакомить всех со Слоан. – Нора повернулась к пожилой чете. – Потом мы вернемся, чтобы вы все могли поболтать. – Тилли снова протянула руку и дотронулась до щеки Слоан. – Она никуда не денется, Тилли.
Слоан улыбнулась и позволила Норе увести ее. В течение двух напряженных часов она знакомилась с семьей Марголис – тетями и дядями, двоюродными и троюродными сестрами. Каждый из них играл какую-то роль в семейной империи, будь то холдинг недвижимости, лесозаготовительная компания или юридическая корпорация с «простым» названием Margolis & Margolis. Толпа людей пришла поговорить с ней, каждый член семьи вспоминал Престона и Аннабель – от саркастических замечаний до длинных историй. Вспоминали и Слоан в младенчестве, и короткие два месяца ее жизни в Сидар-Крик, прежде чем семья пропала.
В студии были накрыты столы, будто все пришли на вечеринку по случаю рождения ребенка. К трем часам толпа начала редеть. К четырем часам студия опустела, если не считать Слоан и Норы, сидевших с Ридом и Тилли.
Слоан пересказала историю последнего месяца своей жизни, от отправки своей ДНК на сайт до открытия того факта, что она Шарлотта Марголис. Она рассказала о том, как узнала, что ее биологические родители все еще не найдены, как ФБР допросило ее приемных родителей и, наконец, как Нора протянула руку помощи и пригласила ее в Сидар-Крик. Разумеется, она не упоминала о том, как Эрик Стамос выследил ее в Роли и убедил, что проникновение в семью Марголис – единственный способ для Слоан выяснить, что случилось с ней и ее биологическими родителями почти тридцать лет назад.
Тилли задала массу вопросов. Рид слушал, но почти не участвовал в разговоре. Вместо этого он откинулся на спинку стула и слушал, время от времени направляя вопросы Тилли в нужное русло, словно адвокат во время дачи показаний, присутствующий только для того, чтобы убедиться, что она не сказала ничего лишнего. Безжалостный взгляд этого человека выводил Слоан из равновесия, и только когда появился муж Норы Эллис, Рид Марголис расслабился.
– Наконец-то! – воскликнула Нора, когда Эллис вошел в студию.
– Ты бы смог опоздать даже на собственные похороны, – заметил Рид.
Мужчина вошел в студию, волоча тележку, на которой было сложено несколько картонных коробок.
– Извините, что я так поздно. Завал в офисе, а потом Нора попросила меня порыться на нашем чердаке и поискать старые фотографии.
Слоан встала, и Нора тут же взяла ее за руку.
– Дорогой, это Слоан. Слоан, это мой муж Эллис.
– Приятно познакомиться, – проговорила Слоан.
Эллис посмотрел на нее с недоумением, точно так же как и другие Марголисы, с которыми она познакомилась в этот день. Он прижал руку ко рту, сдерживая эмоции, и неловко улыбнулся:
– Черт! Ты похожа на Престона.
– Мне уже это говорили.
– Слоан два часа вытерпела, пока все на нее глазели, – вставила Нора. – Ты собираешься продлить эту пытку?
Эллис рассмеялся:
– Извини. Уверен, это было ошеломляюще.
– Нет, это было… необычно. Я уже не вспомню всех имен, конечно, но я тронута, что все пришли познакомиться со мной.
