В горле Эрика образовался комок, и он глубоко вздохнул, чтобы сдержать свои эмоции. Услышав интерпретацию результатов вскрытия Бейкера Джонси, озвученную доктором Катти, Эрик догадался, что его отец знал правду и именно по этой причине не арестовывал Аннабель Марголис. Когда Марвин Манн подтвердил этот факт, он почувствовал гордость за отца, снова ощутив себя девятилетним мальчиком, который хочет быть на него похожим.
– Результаты вскрытия, полученные в офисе судмедэксперта округа Харрисон, показывают, что Бейкер умер в результате автокатастрофы, – продолжил Эрик. – Как мой отец до этого додумался?
– Твой отец сказал мне, что офис судмедэксперта округа Харрисон изъял тело, или как там это называется, когда один морг забирает тело из другого. Но прежде чем округ Харрисон забрал его, свое заключение дала судмедэксперт из Рино. Тот первый отчет о вскрытии так и не был официально зарегистрирован. Вместо этого всем объявили, что травма головы Бейкера возникла из-за наезда автомобиля. Но мы все знаем, кому подчиняется офис судмедэксперта округа Харрисон.
– Семье Марголис.
– Бинго. Учитывая то, что твой отец узнал из того первоначального неофициального вскрытия, в сочетании с документами, которые дал мне сам Бейкер, мы с твоим отцом поняли, что его убили из-за той информации, которую он обнаружил внутри юридической корпорации Марголисов. И мы оба осознавали, что убийцей, скорее всего, был кто-то из сотрудников компании.
Эрик встал и прошелся по своему кабинету.
– Что мой отец предпринял по этому поводу?
– Он решил встретиться с Марголисами, так сказать, лицом к лицу. Он держал свое расследование в секрете, и поскольку никто не знал, что Бейкер забрал корпоративные документы, мы с твоим отцом спрятали их в банковскую ячейку, чтобы иметь возможность во всем спокойно разобраться. Потом твой отец собирался попросить своего друга-бухгалтера взглянуть на документы, чтобы выяснить, сможет ли он там что-то обнаружить.
– Кого?
Марвин покачал головой и пожал плечами.
– Понятия не имею. Последний раз я разговаривал с твоим отцом в тот день в банке, когда мы прятали документы. Примерно неделю спустя Престон Марголис и его семья исчезли, и вся эта история захватила внимание города на следующие несколько недель. Черт возьми, да вся страна бросила все, чтобы следить за поисками. Вскоре твой отец погиб, въехав на своей машине в реку. Якобы передозировка. Но я не сомневался, что смерть твоего отца не была несчастным случаем и уж точно не была связана с передозировкой.
Эрик всплеснул руками.
– Господи, Марв! Почему ты никому раньше об этом не рассказывал?
– Поставь себя на мое место, брат! Бейкер отдал мне документы и был убит на следующий день. Я отдал их твоему отцу, и неделю спустя он тоже оказался мертв. У меня были жена и трое маленьких детей, и я понимал две вещи. Во-первых, ни один человек на земле не знал, что я имел какое-либо представление о махинациях в корпорации Марголисов. И, во‑вторых, если люди, убившие Бейкера и твоего отца, узнают, что я видел документы, – я покойник. И мне повезет, если эти ублюдки придут только за мной, а не за всей моей семьей.
Эрик кивнул и глубоко вздохнул.
– Так почему сейчас?
– Почему? – Марвин пожал плечами. – Совесть, наверное. Она гложет меня почти тридцать лет. И еще есть эта девочка, которая только что появилась, – малышка Шарлотта. Я знаю, что исчезновение Марголисов не может быть просто совпадением, оно должно быть связано с твоим отцом и Бейкером и с тем, из-за чего их убили. Мне просто нужно, чтобы ты пообещал мне, что не позволишь им преследовать мою семью.
– Я даже не знаю, кого ты имеешь в виду, Марв.
– Я думаю, ты сможешь во всем разобраться, если взглянешь на документы, которые я дал твоему отцу.
Марвин сунул руку в карман брюк и достал ключ, который вытащил из ящика стола прошлой ночью.
– Это ключ от банковской ячейки, которую мы с твоим отцом открыли много лет назад.
– Где? – Спросил Эрик, подходя к Марвину и беря ключ. – Где она находится?
– В Рино, – ответил Марвин. – Ее не открывали почти тридцать лет.
Слоан прошла вслед за Норой по длинному коридору, в конце которого находилась дверь в подвал. Открыв ее и включив свет, Нора начала спускаться по шатким деревянным ступенькам. Слоан спустилась следом. На лестнице было темно и сыро, пахло холодом и плесенью. Две женщины проскользнули в фотолабораторию и огляделись, включив свет. На столе стояло то же оборудование для проявления фотографий, с которым Нора познакомила Слоан еще в Сидар-Крик.
Нора положила
– Хочешь попробовать?
– Я?!
– Конечно. Держу пари, ты знаешь, что делать. Совсем как Аннабель.
– Я могу попробовать. При условии, что ты не позволишь мне ничего испортить.
– Ничего ты не испортишь, – заверила Нора, протягивая Слоан пленку.
