Утром с похмелья отправился все же играть в бадминтон с Анютой. В спортзал на Колумбиендамм, рядом с аэропортом Темпельхоф. Я любовался этим замечательным прусско-магическим архитектурным комплексом в весеннем сиянии и рассказывал Анюте про Воздушный Мост.
26.02
А ну еще раз положить,
а ну, рак, перевернись на коньках,
покажи пизду -
рак переворачивается,
щель пляшет на льду.
А ну, гора, перевернись,
покажи пещеру,
щель повседневного, миллионы ушедших Валер.
А ну, Сезанн, покажи Купальщиц, -как ты пытался избежать историй, -будто цадик: «горе! горе! горе!» -все глаголет он, очи подняв долу и кадык, а ты подходишь, даешь ему под дых.
«Ой-ой-ой!» - кричит цадик,
рак на льду,
Большие Купальщицы
показывают свою заросшую лесом гору
01.03
Набросал второй вариант Есенина, вроде как Диониса, выглядывающего из-за кустов.
Греки не знали понятия «греха» - оно появилось позже, на амальгаме стоиков и Ветхого Завета. Зато у них было проработано понятие «скверны». Это нечто более физикалистское, телесное, как эпидемия - «в городе завелась скверна»... Но от «скверны», как сейчас в России, невозможно избавиться само собой, самосовершенствованием, дистанцированностью - на что надеется большинство моих московских друзей. Она затрагивает всех находящихся в пространстве этого полиса, этого народа. И вырубается только карой. Это не мораль, а нечто природное, конкретное. Не ссы против ветра. И в самом деле, это чревато. Во-первых, глупо, во-вторых, подло, и что самое главное, боги очень не любят, когда им ссут в лицо.
02.03
Переводил на холст второго «Есенина». Красиво получается трехцветным карандашом на большом формате - линии становятся тонкими. Был у Вадика на короткой встрече с Альбертом. Мне совсем не нравятся их последние работы со Скерсисом (группа «Купидон») - какая-то развлекуха на потребу богатенькому обществу, концептуалистское кабаре. Был и Харлампий, но мне зачастую тяжело его понимать. Он полагает, что хорошо говорит по-русски, но у него проблемы с русскими флексиями, да и со словарным запасом. И все равно мне показалось, что он со мной согласен.
03.03
Я опять начинаю увлекаться футболом. Много новых игроков появилась, и это такая красота, такой трепет. Как сегодня - ван Перси («Арсенал»), карауливший весь матч на линии офсайта, уже на 90-й минуте получил отличный пас, в одно касание пульнул мяч в ворота, и потом, раскинув руки, парил у трибун на волнах обожания и собственной гордости.
Птица с великим хулиганом Пурушей на склоне горы с елями.
07.03
Посмотрел выставку Михайлова в Берлинской Галерее. Он, конечно, гениальный фотограф. Созерцательность и свет воспаряющие любые сюжеты. Умирающая иссохшая старуха на грязном ложе, рядом стул с мерзкой дыркой в сидении, но за окном, за двойными пыльными рамами, все равно свет и цветущие деревья. Торжество любого изменения, скольжения - у Михайлова ведь мало статичного, все куда-то скользит и плещется. В самом деле, чем его адско-чистилищные «соляные озера» отличаются от пляжей на Майорке? Лишь слегка разный состав воды, а столпотворение будет все тем же.
И на этом фоне его самая известная серия с бомжами кажется как раз дополнением, частным изводом все той же темы. (Наша заброшенность в людское сочувствие, меры которого мы сами не знаем. Неуверенны и готовы отказаться от него в любой момент. Сочувствие, злорадно и весело проваливающееся в самого себя).
12.03
Рисую тетю, глядящую на огромный кошелек - попытка развить серию «Стихотворения для греческого театра». Подсветляю «кошелек» белилами поверх полусухой охры. Как это прекрасно - просто мазки белилами поверх охры. Живопись, как разговор, она есть всегда, вне актуальности и новизны. Просто как язык, слова. В отличие от «современного искусства», которое избрало самого себя референтом, и быстро вышло к собственной границе, лишенное внутренней жизни и вынужденное теперь опираться только на «новизну» самого происходящего «в мире».
14.03
«Челси» на классе, на мужестве, на сердцах Тьерри, Дрогба, Лэмпарда обыграл «Наполи». Дрогба великолепен - он забивает, он пасует, он оттягивает на себя защиту. Как черный промельк самой неотвратимости.
15.03
Мне снилось, будто Даша пишет обо мне что-то вроде: «Юра Лейдерман, веселящийся, похохатывающий от ощущения полноты и радости жизни».
16.03
МЫ ВСЕ УЖЕ ДОСТАТОЧНО ПРЕДАЛИ РОБЕРТА ПЛАНТА. НУ ЧТО, БУДЕМ ПРЕДАВАТЬ ДАЛЬШЕ?
Я представил холст, на котором просто написана эта фраза, и редкие цветастые завитки, отходящие от нее.
02.04
Решил закончить портрет Саддама Хуссейна. Пришла в голову идея портрета С. Ануфриева. Разыскал негатив той фотографии, что мне очень нравилась - Сережа приболевший, температуривший, такой необычно тихий, в квартирке над галереей Крингса-Эрнста (Кельн, 1989).
07.04
