| But in all vessels this broom business is the prescriptive province of the boys, if boys there be aboard. | Но на всех кораблях орудовать метлой представляется исключительно юнгам, если таковые имеются на борту. |
| Besides, it was the stronger men in the Town-Ho that had been divided into gangs, taking turns at the pumps; and being the most athletic seaman of them all, Steelkilt had been regularly assigned captain of one of the gangs; consequently he should have been freed from any trivial business not connected with truly nautical duties, such being the case with his comrades. | Кроме того, вахты, работавшие поочередно у помп, были составлены из самых крепких матросов "Таун-Хо"; Стилкилт, как сильнейший из всех, неизменно назначался старшиной, а следовательно, должен был, как и его товарищи, освобождаться от прочих мелких дел, не связанных с собственно мореходными обязанностями. |
| I mention all these particulars so that you may understand exactly how this affair stood between the two men. | Упоминаю все эти подробности для того, чтобы было совершенно ясно, как обстояло дело между этими двумя людьми. |
| "But there was more than this: the order about the shovel was almost as plainly meant to sting and insult Steelkilt, as though Radney had spat in his face. | Однако этим все отнюдь не исчерпывалось: приказ взяться за лопату был так же откровенно рассчитан на то, чтобы уязвить и оскорбить Стилкилта, как если бы Рэдни плюнул ему в лицо. |
| Any man who has gone sailor in a whale-ship will understand this; and all this and doubtless much more, the Lakeman fully comprehended when the mate uttered his command. | Это поймет каждый, кто ходил матросом на китобойце. Все это (и даже значительно больше) полностью осознал житель лесной глуши, когда услышал распоряжение помощника капитана. |
| But as he sat still for a moment, and as he steadfastly looked into the mate's malignant eye and perceived the stacks of powder-casks heaped up in him and the slow-match silently burning along towards them; as he instinctively saw all this, that strange forbearance and unwillingness to stir up the deeper passionateness in any already ireful being-a repugnance most felt, when felt at all, by really valiant men even when aggrieved-this nameless phantom feeling, gentlemen, stole over Steelkilt. | Мгновение он продолжал сидеть, не двигаясь, пристально глядя в злобные глаза помощника капитана и чувствуя, как гора пороховых бочек все громоздится у него в груди и фитиль беззвучно догорает, подбираясь к ним все ближе и ближе; он чувствовал это, хотя и не отдавал себе ясного отчета, но им овладела, джентльмены, странная сдержанность и нежелание еще более раздражать вспыльчивого человека, и без того уже потерявшего самообладание (такого рода оцепенение чаще всего - если только вообще оно возникает -бывает свойственно действительно мужественным людям, даже когда они озлоблены). |
| "Therefore, in his ordinary tone, only a little broken by the bodily exhaustion he was temporarily in, he answered him saying that sweeping the deck was not his business, and he would not do it. | Вот почему Стилкилт отвечал обычным голосом, лишь самую малость охрипшим от крайней физической усталости, которую он тогда испытывал, что приборка палубы - не его дело и он не станет им заниматься. |
| And then, without at all alluding to the shovel, he pointed to three lads as the customary sweepers; who, not being billeted at the pumps, had done little or nothing all day. | Затем, обойдя полным молчанием замечание о лопате, он указал на трех матросов, которые обычно подметали палубу, - не будучи заняты у помпы, они почти (или вовсе) не работали весь день. |
