| The Syren in this famous voyage was commanded by a Captain Coffin, a Nantucketer. | Командовал "Сиреной" в этом плавании некий капитан Коффин из Нантакета. |
| All honour to the Enderbies, therefore, whose house, I think, exists to the present day; though doubtless the original Samuel must long ago have slipped his cable for the great South Sea of the other world. | Честь и слава поэтому всем Эндерби, чей торговый дом, я полагаю, существует и по сей день; хотя основатель его Сэмюэл, несомненно, давно уже отправился в плавание по Южным морям того света. |
| The ship named after him was worthy of the honour, being a very fast sailer and a noble craft every way. I boarded her once at midnight somewhere off the Patagonian coast, and drank good flip down in the forecastle. | Носивший его имя корабль вполне достоин был такой чести; то было быстроходное и во всех отношениях отличное судно Я побывал один раз у них на борту как-то в полночь у берегов Патагонии и пил у них в кубрике превосходный флип. |
| It was a fine gam we had, and they were all trumps-every soul on board. | Чудесное у нас с ними вышло повстречанье, все они оказались отличными собутыльниками, все до единого. |
| A short life to them, and a jolly death. | Да будет жизнь у них короткая, а смерть веселая. |
| And that fine gam I had-long, very long after old Ahab touched her planks with his ivory heel-it minds me of the noble, solid, Saxon hospitality of that ship; and may my parson forget me, and the devil remember me, if I ever lose sight of it. | Кстати, заведя речь об этом случае, происшедшем через много-много лет после того, как старый Ахав коснулся их палубы костяной пяткой, я не могу не сказать об их достославном солидном саксонском хлебосольстве; пусть мой пастор обо мне позабудет, а дьявол вспомнит, если я когда-нибудь сброшу со счетов это их превосходное качество. |
| Flip? Did I say we had flip? | Флип, я сказал? |
| Yes, and we flipped it at the rate of ten gallons the hour; and when the squall came (for it's squally off there by Patagonia), and all hands-visitors and all-were called to reef topsails, we were so top-heavy that we had to swing each other aloft in bowlines; and we ignorantly furled the skirts of our jackets into the sails, so that we hung there, reefed fast in the howling gale, a warning example to all drunken tars. | Да, да, и мы пропускали его со скоростью десяти галлонов в час; когда же налетел шквал (ибо там шквалистое место, у берегов Патагонии), и все - в том числе и гости - были вызваны наверх брать рифы на брамселях, мы к этому времени так нагрузились, что пришлось нам тросами подтягивать друг друга на реи; а там мы, сами того не ведая, закатали вместе с парусами полы своих курток и, покуда не угомонился шторм, накрепко зарифленные, висели суровым предостережением для всех матросов -любителей выпивки. |
| However, the masts did not go overboard; and by and by we scrambled down, so sober, that we had to pass the flip again, though the savage salt spray bursting down the forecastle scuttle, rather too much diluted and pickled it to my taste. | Как бы то ни было, но мачты за борт не снесло; и мы помаленечку-полегонечку освободились и слезли вниз, настолько трезвые, что пришлось снова пропустить по стакану флипа, хотя из-за кипящей морской пены, что врывалась через люк к нам в кубрик, он оказался, на мой вкус, чересчур разбавленным и пересоленным. |
| The beef was fine-tough, but with body in it. | А говядина была отменная - жесткая, но сочная. |
| They said it was bull-beef; others, that it was dromedary beef; but I do not know, for certain, how that was. | Г оворили, что это буйволятина; другие уверяли, что верблюжатина; что это было на самом деле, я лично решать не берусь. |
