Едва ли какая-то сторона жизни у зуни может соревноваться по их вовлеченности с танцами и религиозными обрядами. Такие бытовые вопросы, как брак и развод, решаются по случаю и индивидуально. У зуни общественные связи невероятно крепки, и их мало интересуют личные заботы отдельных людей. Брак заключается практически без предварительных ухаживаний. По традиции, девочкам почти не предоставляется случая поговорить с мальчиком наедине. Однако по вечерам, когда все девочки несут с источников на своих головах кувшины с водой, какой-нибудь мальчик может подстеречь одну из них и попросить воды. Если он ей нравится, она соглашается. Он может также попросить ее сделать ему палочку для метания в кроликов, а затем принести ей кроликов, которых он убил. Другого рода встречи между мальчиками и девочками возбраняются, и на настоящий момент, безусловно, есть множество женщин зуни, которые вступили в брак, не имея пред тем никакого сексуального опыта, кроме подобного.
Когда юноша решает просить руки дочери у ее отца, он приходит к ней в дом. Как принято у зуни во время всякого визита, вначале он пробует поставленное перед ним угощение, а отец спрашивает у него, как и у любого гостя: «Ты, вероятно, пришел за чем-то». Юноша отвечает: «Да, я пришел с мыслями о твоей дочери». Отец зовет дочь со словами: «Я не могу говорить за нее. Пусть она сама скажет». Если она согласна, мать идет в соседнюю комнату, подготавливает соломенную постель, и молодые ложатся вместе. На следующий день она омывает ему волосы. Через четыре дня она наряжается в свою лучшую одежду и несет в дом его матери большую корзину прекрасной кукурузной муки в качестве подарка. За этим не следует больше никаких ритуальных церемоний, и это дело не вызывает особого интереса в обществе.
Если они несчастливы вместе и думают разойтись, особенно если у них нет детей, жена постарается пойти прислуживать на ритуальных пирах. После того, как она переговорит с глазу на глаз с подходящим мужчиной, они договорятся о встрече. У зуни найти женщине нового мужа никогда не представляло трудности. Женщин здесь меньше, чем мужчин, и для мужчины почетнее жить с женой, чем оставаться в доме матери. Мужчины всегда охотно идут на связь. Когда женщина убеждается, что не останется одна, она собирает все имущество мужа и оставляет его у порога, в старые времена – на крыше у люка. Вещей немного: запасная пара обуви, юбка и пояс для танца, если они у него есть, коробочка с драгоценными перьями для молитвенных палочек, горшочки с красками для изготовления молитвенных палочек и обновления масок. Вещи, имеющие бóльшую ценность для обрядов, он никогда не приносил из дома матери. Вернувшись вечером домой, он видит небольшой сверток, берет его и начинает плакать, а затем возвращается с ним в дом своей матери. Он и его семья плачут, их считают несчастными. Но такая перестановка в местожительствах служит лишь предметом мимолетных сплетен. Мужья и жены следуют четко установленным правилам, и правила эти едва ли предполагают глубокие чувства, будь то ревность, месть или привязанность, которая не принимает отказа.
Несмотря на случайный характер брака и развода, значительная доля семей народа зуни сохраняется на протяжении бóльшей части жизни. Ругань порицается, так что в большинстве браков царит мир. Постоянство браков зуни тем поразительнее, что брак, вместо того чтобы стать общественным институтом, который собрал в себе всю мощь традиций, как это произошло в нашей культуре, напрямую пересекает наиболее крепко устоявшуюся общественную связь народа зуни.
Это матрилинейная семья, которая обладает ритуальным правом на владение священными фетишами и заботу о них. Дом и хранящееся в нем зерно принадлежит бабушке, ее сестрам, ее дочерям и дочерям ее дочерей. Независимо от того, что может произойти в браке, женщины остаются в доме всю жизнь. Они представляют собой надежный тыл. Они заботятся о принадлежащих священных предметах и поддерживают их. Они хранят свои секреты вместе. Их мужья считаются чужаками, и связь с домом во всех делах поддерживают их братья, теперь женатые на женщинах из других кланов. Именно они возвращаются во время проведения каждого обряда, когда на алтарь устанавливается священная утварь. Именно они, а не женщины, выучивают наизусть обряды, связанные с их священными связками, и навсегда сохраняют их. По всякому важному поводу мужчина приходит в дом своей матери, который после ее смерти становится домом его сестры, и, если его брак распадается, он возвращается в свой же дом.
