Пуэбло – народы с развитой системой обрядов. Но не этим они отличаются от других народов Северной Америки и Мексики. Различие кроется гораздо глубже, чем просто в численности распространенных среди них обрядов. В цивилизации ацтеков ритуалов было не меньше, чем у пуэбло, и даже индейцы Великих равнин, с их танцем солнца, мужскими обществами, орденом табака и военными ритуалами, обладали богатой обрядовой культурой.
Различие между индейцами пуэбло и другими культурами Северной Америки есть то же самое различие, которое выявил и описал Ницше в своих исследованиях греческой трагедии. Он пишет о двух диаметрально противоположных путях формирования ценностей жизни. Дионисическое начало следует им, «уничтожая обычные рамки и ограничения существования». В самые важные мгновения оно стремится вырваться из границ, навязанных ему его пятью чувствами, и прорваться в иную плоскость восприятия. Желание дионисического человека, касается оно личного опыта или ритуального, состоит в том, чтобы прорваться сквозь него к определенному психологическому состоянию, достичь чрезмерного. Эмоции, к которым он стремится, больше всего напоминают опьянение, он ценит озарения безумия. Он, подобно Блейку, верит, что «дорога избытка ведет к дворцу мудрости». Аполлоническому человеку все это чуждо, часто он не имеет представления о природе подобных переживаний. Он находит средства изгнать их за пределы своей сознательной жизни. Ему «ведом лишь один закон, мера в эллинском смысле». Он держится середины дороги, идет по проверенному маршруту и не доводит себя до разрушительных психологических состояний. По меткому замечанию Ницше, даже в исступлении танца «он остается собой и сохраняет свое имя и гражданскую честь».
Народам пуэбло Юго-Запада свойственно аполлоническое начало. Не все то, что Ницше пишет о различиях между аполлоническим и дионисическим, применимо к описанию различий между индейцами пуэбло и окружающими их народами. Приведенные выше строки вполне правдивы, но некоторые качества, больше развитые в Греции, нельзя найти среди индейцев юго-запада, у которых, в свою очередь, больше развиты качества, которые нельзя найти в Греции. В данной работе мы прибегаем к описанию целостной конфигурации культуры коренных жителей Америки через термины, относящиеся к греческой цивилизации, вовсе не из желания приравнять одно к другому. Мы используем их не оттого, что все присутствующие в Греции установки можно найти у коренных жителей Америки, а оттого, что благодаря данным категориям мы можем четко определить качества, отличающие народы пуэбло от других индейцев Америки.
Среди пуэбло общественные институты аполлонической природы получили гораздо большее распространение, чем в Греции. Греция не была столь однобока в своем мышлении. В частности, Греция, в отличие от пуэбло, не испытывала такого недоверия к индивидуализму, который подразумевается аполлоническим образом жизни, но который весьма ограниченно представлен в самой Греции из-за противоречия с силами другого характера. В то же время идеалы и общественные институты зуни на этот счет весьма строги. Для всякого представителя аполлонической культуры привычка следовать знакомому маршруту и держаться середины дороги воплощена во всеобщих традициях его народа. Следовать им означает вверить себя прошлому, традиции. Поэтому те влияния, что в силах традицию нарушить, считаются неблагоприятными и сведены до минимума в их общественных институтах. Главное из таких влияний – индивидуализм. Согласно аполлонической философии индейцев юго-запада, индивидуализм разрушителен, даже если он совершенствует и расширяет саму традицию. Это не означает, что пуэбло препятствуют этому. Ни одна культура не способна защитить себя от новшеств и перемен. Но то, как они происходят, вызывает подозрения и покрывается тайной, а общественные институты, которые могли бы дать свободу действий отдельным людям, считаются незаконными.
Невозможно понять отношения пуэбло к жизни без понимания культуры, от которой они отделились – культуры остальных народов Северной Америки. Именно по силе этих глубинных отличий мы можем вычислить силу противодействия народов пуэбло и противоположность их стремлений, что не дало чертам других индейцев Америки развиться у них. Ведь в целом американские индейцы, включая тех, что проживают на территории Мексики, всей душой принадлежат дионисическому началу. Они ценят любые острые переживания, любые средства, которыми человек может прорваться сквозь привычную завесу чувственного восприятия, и всем подобного рода состояниям они приписывали наивысшую значимость.
