Фотография в моей руке затряслась. Господи, да за что же ему такое?!
Резкий звук прорезался сквозь монотонное гудение фена. Хоть бы это был Борг!
Я выдернула вилку из розетки и кинулась в комнату, к оставленному на кровати телефону.
— Але? — выдохнула, приняв вызов. Ухо заболело, так сильно я прижала к нему мобильник.
— Говорит Борг, — ответил раздраженно знакомый голос. — Позвольте спросить, какого черта вы делаете в Хольстеде?
Потрясенная, я опустилась на кровать: ни фига себе! Следователь — ясновидящий или на меня прицепили «жучок»?
— Как вы узнали? — только и смогла выдавить я.
— Значит, вы действительно там!
Упс! Похоже, я только что здорово ступила.
— Ну давайте порадуйте меня, — продолжал полицейский совсем не радостным тоном. — Скажите, что прошлую ночь вы
— Нет! — Я вскочила с кровати, но тут же скисла, наткнувшись взглядом на выпачканные брюки. — То есть да, но… между нами ничего не было. Я думаю, что не было. Я… просто вырубилась, и…
— Вы напились, без приглашения заявились к Винтермаркам и провели ночь в постели Эмиля, — произнес Борг голосом судьи, зачитывающего приговор. — Я вас не понимаю. Сначала вы пытаетесь всех убедить, что брат Дэвида — главный подозреваемый, а потом предоставляете ему железное алиби. В какие игры вы играете, Чили?
В голове у меня что-то щелкнуло:
— Это Эмиль? Он вам про меня рассказал?
— Надеюсь,
— Да. Я… — Машинально я провела ладонью по уложенным в сумку вещам. — Я собираюсь. Хочу сесть на ближайший поезд до Орхуса.
— Можете не спешить, — категорично сказал Борг. — Я подъеду через полчаса. Мне необходимо задать вам несколько вопросов.
Чтобы хоть немного успокоиться, я решила сварить кофе. Следователь говорил про алиби. Значит, полиция серьезно взялась за Эмиля? Новое фото появилось в «Инстаграме» рано утром. Во сколько начинает работать пекарня? Мог Эмиль успеть провернуть все до ее открытия или кто-то из коллег его прикрывает? Боже, башка уже пухнет от вопросов, на которые невозможно найти ответы. Где Эмиль мог бы держать брата? Уж точно не дома, там Лукас подслушивает под дверьми. Зачем ему вообще все это? Неужели из-за денег?
Птичья трель дверного звонка прервала карусель бесплодных размышлений. Магнус Борг, дышавший на замерзшие красные ладони, поднял на меня такие же красные глаза. Он выглядел осунувшимся и усталым. Щетина оттеняла запавшие щеки, чуть сползшие очки оставили на переносице глубокий отпечаток. Когда следователь снимал куртку в коридоре, я заметила, как посерел ворот его светлой рубашки. Похоже, он не менял ее уже пару дней. Интересно, Борг вообще в последнее время спит?
Я чувствовала себя виноватой, а потому налила кофе в самую большую кружку и поставила ее на столик перед Боргом, который успел расположиться в кресле. Торопливо принесла с кухни вазочку с купленным вчера печеньем и присела на краешек дивана.
— Есть новости? — не выдержала я, даже не пытаясь отпить из своей чашки. В любом случае кофеин был мне противопоказан. Руки никак не желали спокойно лежать на коленях, я то ковыряла ногтем полировку на краю столика, то принималась теребить кисточки на диванной подушке. — Я слышала от Генри о… О новом посте в инстаграме.
Борг отпил из кружки и аккуратно поставил ее на бамбуковую салфетку.
— Давайте договоримся: вопросы сейчас буду задавать я. — Он вытащил из кармана пиджака мобильник и, ткнув пальцем в сенсорный экран, положил его на стол. — Надеюсь, вы не против записи?
Я покачала головой и уставилась в стол. Меня кинуло в жар, ладони вспотели. Быть может, я просто простудилась. Не надо было сидеть на мокрой земле.
— Зачем вы приехали в Хольстед, Чили?
Ха! Если бы я сама себе могла это объяснить!
— Думала, здесь найду ответы на свои вопросы. Стану ближе к Дэвиду. Но вышло наоборот. Вопросы размножились, как тараканы, а Дэвид… Все, что у меня есть, это желтая тетрадь и его старая фотография. — Я вытащила снимок из томика «Нагих и мертвых», куда сунула его распрямить после просушки, пока ждала Борга.
Следователь без особого интереса повертел фото в руках.
— Дэвид последний слева, в этой ужасной кас… — Я замерла на полуслове. Черт! Как же я могла забыть о самом главном! — Подождите! Эмиль рассказал мне вечера кое-что. Возможно, это очень важно. У него и Дэвида разные отцы. Сюзанна изменила Свену с неизвестным мужчиной. Он жил тем летом в лесу, в шалаше. Вот откуда у Дэвида гетерохромия — досталась от биологического отца. И вот почему родители сделали мальчика козлом отпущения. Ему пришлось расплачиваться за грехи матери. А его разные глаза стали постоянным напоминанием о том, что Сюзанне и ее мужу хотелось бы забыть. Я думаю… Раз уж Дэвид надеялся примириться с матерью, может, он и родного отца захотел отыскать? Кажется, тот бродяжничал, сидел за решеткой. Что был странным типом — это точно. Возможно, это он…
— Мы проверяем эту версию, — спокойно прервал меня полицейский.
— Проверяете? — Я уставилась на Борга, рассматривающего что-то на обороте фотографии. — Но… как вы узнали?..