Мое лицо первое полностью

Иногда Д. просто сидел на заднем крыльце, невзирая на мерзкую погоду. Порой долго. Я думала, может, он прячется от брата. А может, дома у них не очень хорошо. Помню, последние полгода перед тем, как мама ушла, они с папой постоянно скандалили. Я тогда тоже старалась как можно дольше гулять или сидела в своей комнате с наушниками на голове, а музыка в них орала громче, чем взрослые за стеной.

Теперь мне даже хотелось, чтобы Д. снова вышел на крыльцо. Тогда я бы высунулась в окно, помахала ему и позвала к нам. Но вместо Монстрика в саду появился Бульдог. Он принялся устанавливать на лужайке троицу рождественских оленей и протягивать проводку. Ему помогали близнецы. По-прежнему ни следа Д. Может, его посадили под домашний арест? Папа меня иногда так наказывает, если я конкретно налажаю.

На следующей неделе обещают снег.

30 ноября

Я не собираюсь идти на хоккей, если Д. не пойдет. Проблема в том, что я смогу узнать, идет ли он, не раньше понедельника. Я проверяла тайник под подоконником: Монстрик забрал мою записку. А вот ответ оставить не успел.

Наверняка предки Д. не рады, что его отстранили от занятий. Да еще по такому поводу. Вдруг они решат, что сын наказан недостаточно, и не возьмут его на стадион? Тогда надо сегодня вернуть билет Кэт, чтобы она успела позвать на матч кого-то другого. Но вдруг Д. все-таки поедет в Эсбьерг, и я упущу шанс побыть с ним вместе? Тем более после всего, что произошло… Монстрику точно понадобится друг.

Не знаю, на что бы я в конце концов решилась, если бы в коридоре меня не остановил Эмиль. Я как раз тащила в руках рождественские украшения, которые мы сегодня делали вместо биологии, и не сразу заметила его из-за торчащих во все стороны еловых веток.

— Привет.

Парень оказался внезапно слишком близко, вызвав у меня желание сжаться в комок или убежать. Я выставила перед собой корзинку с колючими ветками, увешанными шишками и шариками. Понадеялась, что это заставит его держаться на расстоянии.

— Слышал, ты едешь на хоккей, Перчик? — Взгляд темных глаз Эмиля медленно полз по моему телу, задержавшись на мишуре у меня перед грудью. — Правильное решение.

Я покосилась на его дружков, подпиравших стену неподалеку. Чутье подсказывало, что было бы ошибкой сообщать о моих сомнениях.

— Меня Кэт позвала, — выбрала я самый нейтральный ответ.

— Значит, скоро тебе представится шанс увидеть, как мы надерем «Пиратам» задницы. — Эмиль ухмыльнулся и щелкнул пальцем по розовому шарику, присыпанному инеем. Он закачался. Я отвела глаза от шарика, стараясь сдержать нервную дрожь. — Ты уж прости, что тогда наехал на тебя, Перчик. — Парень убрал с моего плеча зацепившиеся за кофту иголки, а я даже не успела отстраниться — так ошарашило услышанное. Эмиль извинялся! — Просто ты тут новенькая. Мы же не знали, свой ты человек или нет. Нужно было время, чтобы разобраться.

Я посмотрела на парней, посмеивающихся и кидающих в нашу сторону любопытные взгляды.

— И как, разобрались?

— Походу, ты правильная девчонка, Перчик, — улыбнулся Эмиль во все тридцать два крупных зуба. — С такой можно тусить. Оторвемся в баре после матча?

Наверное, я должна была чувствовать себя осчастливленной, а меня почему-то стало подташнивать.

— Но… — Я перехватила корзинку поудобнее. Одна из веток чуть не ткнулась в нос Эмилю, заставив его отдернуть голову. — Разве твои не придут на игру? Родители, братья с сестрой?

Эмиль скривил губы:

— Как придут, так и уйдут. А мелкого извращенца на трибунах не будет, не волнуйся. Надеюсь, он тебя не очень напугал там, в раздевалке? — Парень попытался обойти мой еловый щит сбоку, но я быстро шагнула в ту же сторону.

— Да чем там пугать-то, — я притворно закатила глаза, надеясь, что Эмиль не заметил блеснувшей в них радости. Теперь я точно знала, что делать со своим билетом.

— Что верно, то верно, — парень довольно гоготнул. — Я так заморышу и говорю: учись радоваться мелочам. — И заржал над шуточкой, у которой явно уже выросла борода.

Пахнуло ментоловой жвачкой, плохо скрывающей табачную вонь. Я сунула нос в хвою, надеясь, что меня не стошнит.

— Так че, до встречи на стадионе, Перчик?

Я буркнула что-то невнятно-утвердительное и метнулась прочь по коридору, позвякивая шариками.

Оставив произведение декоративно-прикладного искусства в холле, где несколько учениц из праздничного комитета пытались создать атмосферу адвента[25], я остановила первого попавшегося парнишку. У него были круглые очки в духе Поттера и странные розовые волосы.

— Привет. Хочешь на хоккей? На халяву. Матч завтра в Эсбьерге, а я не смогу. — Я выудила из кармана билет.

— А… Ты новенькая, да? Из восьмого «А». А я учусь в «В». Меня Лив зовут, — сообщило довольно писклявым для мальчишки голосом розовое чудо.

«Лив? — офигела я мысленно. — Это же девчонка. Только коротко стриженная, плоская как доска и в тряпках типа унисекс».

— Чили, — сухо назвалась я. — Так ты берешь билет или мне кому-нибудь другому предложить?

Лив взъерошила челку цвета фламинго:

— Ладно, давай. А кто еще идет?