Я занервничала, ощутив на себе любопытные взгляды. Трэвис не двинулся с места, тогда я схватила его за руку и с силой потянула. Он поднялся и, улыбаясь, вышел со мной на улицу.
– Что такое, голубка? – сказал он, поглядев на руку.
– Ты должен освободить меня от пари, – взмолилась я.
– Хочешь уехать? – поник он. – Но почему? Что я буду делать?
– Нет же, Трэв, ты тут ни при чем. Ты заметил, как пялятся остальные? Я становлюсь изгоем Истерна.
Трэвис тряхнул головой и прикурил.
– Не мои проблемы.
– Твои! Паркер сказал, все думают, он подписал себе смертный приговор, потому что ты в меня влюблен.
Трэвис удивленно поднял брови и поперхнулся от дыма.
– Про меня так говорят? – закашлялся он.
Я кивнула. Сделав круглые глаза, он отвернулся и снова затянулся.
– Трэвис! Ты должен освободить меня от пари! Я не могу встречаться с Паркером и в то же время жить с тобой. Это выглядит ужасно!
– Так не встречайся с Паркером.
– Проблема не в этом, ты сам знаешь, – сердито взглянула на него я.
– Ты только поэтому хочешь уехать? Из-за того, что говорят другие?
– По крайней мере, до этого я была наивной девочкой, а ты плохим парнем, – проворчала я.
– Голубка, ответь на вопрос.
– Да!
Трэвис посмотрел на проходящих мимо ребят. Он обдумывал свое решение, а я становилась все нетерпеливее.
Наконец он выпрямился и решительно произнес:
– Нет.
Я покачала головой, не сомневаясь, что ослышалась.
– Что, извини?
– Нет. Ты сама сказала: пари есть пари. Когда закончится месяц, ты будешь с Паркером, он станет врачом, вы поженитесь, у вас будет двое детей, и я никогда больше не увижу тебя. – При этих словах его лицо исказилось. – Но у меня есть еще три недели, и я не променяю их на какие-то нелепые сплетни.
Сквозь стекло я видела, что на нас смотрит вся столовая. От столь надоедливого внимания в глазах защипало. Я оттолкнула Трэвиса и прошла мимо, направляясь на урок.
– Голубка, – позвал Трэвис, но я не обернулась.
Тем же вечером Америка сидела на кафельном полу ванной, разглагольствуя о парнях, а я прихорашивалась у зеркала, завязывая волосы в высокий конский хвост. Я слушала вполуха и все думала, какое терпение проявлял Трэвис – для Трэвиса, конечно. Видеть, как из его квартиры меня почти каждый вечер забирает Паркер.
Перед глазами всплыло лицо Трэвиса, когда я попросила освободить меня от пари и сказала, что он влюблен в меня. Я не переставала думать, почему он не опроверг эти слова.
– Ну, Шеп думает, ты слишком сурова с Трэвисом. Он никогда ни о ком не заботился настолько, чтобы…
Трэвис заглянул внутрь и улыбнулся, глядя, как я причесываюсь.
– Поужинаем? – спросил он.
Америка встала и посмотрелась в зеркало, рукой приглаживая золотистые волосы.
– Шеп хотел опробовать новое мексиканское местечко в центре, если вы пойдете.
Трэвис покачал головой.
– Я думал пойти вдвоем с голубкой.
– Я иду на свидание с Паркером.
– Опять? – раздраженно проговорил он.
– Опять, – чуть ли не пропела я.
Раздался звонок в дверь, и я побежала открывать, промчавшись мимо Трэвиса. На пороге стоял Паркер: волнистые светлые волосы, гладко выбритое лицо.
– Ты когда-либо выглядишь менее роскошно? – спросил он.
– Если вспомнить первый раз, когда она пришла сюда, то я отвечу да, – из-за моей спины сказал Трэвис.
Я закатила глаза и улыбнулась, жестом показывая Паркеру подождать минутку. Обернувшись, я повисла на шее у Трэвиса. Сперва он напрягся, а потом расслабился и притянул меня к себе.
Я посмотрела ему в глаза и улыбнулась.
– Спасибо за вечеринку-сюрприз на мой день рождения. Можем мы перенести наш ужин?
На лице Трэвиса появились разнообразные эмоции. Уголки его губ поползли вверх.
– Завтра?
Я обняла Трэвиса и заулыбалась.
– Отлично.
Я помахала ему на прощание, а Паркер взял меня за руку.
– Что сейчас было?
– Последнее время мы мало бываем вместе. Это мой способ примирения.
– У меня есть повод для волнения? – спросил он, открывая дверцу.
– Нет, – поцеловала я его в щеку.
За ужином Паркер рассказывал про Гарвард, «Дом» и планы поискать квартиру.
– Трэвис будет сопровождать тебя на вечеринку? – нахмурился Паркер.
– Не уверена. Он ничего об этом не говорил.
– Если он не против, я бы хотел отвезти тебя. – Паркер взял мою ладонь и поцеловал.
– Я узнаю. Все-таки вечеринка – его идея…
– Понимаю. Если не получится, то увидимся прямо там, – улыбнулся Паркер.
Он довез меня до квартиры и припарковался на стоянке. Когда он поцеловал меня на прощание, его губы задержались на моих дольше обычного. Он потянул ручной тормоз, покрывая поцелуями линию моих губ и доходя до уха, а потом спускаясь по шее. Это застало меня врасплох, и в ответ я издала легкий вздох.
– Ты такая красивая, – прошептал Паркер. – Весь вечер я отвлекался на вид твоей обнаженной шеи. – С этими словами он принялся целовать ее. Я выдохнула, слегка замурлыкав от удовольствия.
– Что же тебя сдерживало? – улыбнулась я, задирая подбородок и подставляя шею.
