Мое табу (ЛП) полностью

– Одну секунду. – Я шарю по приборной панели, куда положил телефон. Сэм находит его первым и передает мне.

Это мама.

– Привет, дорогой, – говорит она. – Просто звоню сообщить, что в конце следующей недели приеду на ту вечеринку, о которой ты говорил. Мне страшно не терпится познакомиться с твоим бойфрендом.

У меня сжимается горло. Покосившись на Сэма, я вижу, что он снял солнечные очки и копается у меня в бардачке. Я знаю, что он ищет. Мятные леденцы. Я открываю небольшое отделение на консоли и достаю оттуда конфету.

– На следующей неделе ты будешь здесь?

– Дорогой, я так и сказала. Я в таком восторге от твоего предложения. Жду не дождусь, чтобы выбраться ненадолго из этого дома.

Сэм наконец-то замечает конфету, которой я машу перед ним. Он забирает ее, и даже такое легкое прикосновение его пальцев к моей руке отдается внутри меня эхом.

Мне требуется секунда на то, чтобы вновь сосредоточиться на звонке.

– …Ты просто не представляешь, какое это счастье и облегчение – знать, что в твоей жизни появился особенный человек. Так, а теперь посоветуй мне, – она делает паузу, и я слышу шорох раздвигаемой двери между верандой и кухней, – что привезти? Я имею в виду, в плане подарка. Для них обоих. Сэм и Джереми, верно?

Я не могу рассказать маме правду. Она начнет волноваться, получит стресс, а прямо сейчас ей нужен покой. Плюс присутствие Сэма в машине тоже представляет некоторую проблему.

– Мам, уверен, ты выберешь что-нибудь симпатичное. Но я сейчас не могу говорить. Можно, я наберу тебя позже?

– Хорошо, но не забудь. Я люблю тебя.

– Я тебя тоже.

Как только я отключаюсь, Сэм с леденцом за щекой усмехается мне.

– Твоя мама приедет на мой день рождения?

Я киваю и завожу двигатель.

– Отлично. Скорей бы с ней познакомиться.

А вот я мог бы и потерпеть.

***

Я высаживаю Сэма возле его машины, потом возвращаюсь обратно. Я приезжаю раньше него и ухожу к нему в дом. Хочу приготовить нам что-нибудь вкусное. Для ужина еще рановато, но я уже голоден.

Я достаю из холодильника фарш. Может, сделаю болоньезе. Или чили кон карне…

Хлопает дверь.

Я вздрагиваю. Мимо кухни вихрем проносится Джереми. Мгновением позже дверь его спальни хлопает с такой силой, что сотрясаются стены.

Я бросаю фарш на столешницу и иду к нему в комнату. Когда я подхожу к двери, из колонок начинает грохотать отвратительный хэви-метал. Постучавшись, я неуверенно просовываю голову внутрь.

Джереми лежит, драматично раскинувшись, на кровати. Лицо утопает в подушке, а кулаки стучат по матрасу.

– Джереми?

Я перешагиваю через кучу смятой одежды, чтобы добраться до стерео и выключить звук. Когда музыка затихает, Джереми напрягается, затем медленно переворачивается на спину. Вокруг его глаз – краснота.

– Привет. – Я сажусь у спинки кровати. – Джереми, что случилось? Похоже, у тебя выдался трудный день.

– Ничего не случилось, – говорит он, но у него забит нос, и ложь очевидна. – Просто забыл тут свой мяч. – Он подползает к краю кровати. – Сейчас найду его и свалю.

Он встает, но я беру его за руку и мягко усаживаю обратно.

– Извини, парень, но я же вижу: что-то не так. Я хочу убедиться, что у тебя все в порядке.

Джереми шмыгает носом. Потом кивает. Потом трясет головой.

– Все хорошо.

Я терпеливо жду. В конце концов его рот кривится, и у него вырывается всхлип. На мгновение я вижу перед собой Джереми-малыша, который так хорошо мне знаком, но не успеваю я это заметить, как подросток внутри него возвращается.

– Это просто полная лажа!

– Что именно?

– Моя мама… – бормочет он, глядя в колени. – В смысле, папа чокнулся, но вот мама…

– Так, – говорю я медленно, – что приключилось? Если расскажешь, то я, возможно, смогу чем-то помочь.

– Не сможешь.

– Что ж, ладно. Но если… если… – Я пытаюсь подыскать правильные слова, но ничего не выходит. – Ты же знаешь, что можешь прийти ко мне с чем угодно? И я сделаю все, чтобы помочь.

Он пожимает плечами. Потом после паузы говорит:

– Что бы ты сделал, если бы твоя мать сказала, что она завела себе гребаного бойфренда? И что она хочет, чтобы ты познакомился с ним и вел себя вежливо, потому что он хочет, чтобы мы к нему переехали.

Я пытаюсь придумать для Джереми правильный, подходящий ответ. Но у меня его нет.

– Это большие перемены, – говорю я. – Конечно, к ним придется привыкнуть… но, может, он замечательный парень. Если твоя мама с ним счастлива, неужели это так плохо?

Пока я говорю, Джереми смотрит на свои руки. Затем шмыгает носом и пожимает плечами.

– Я не хочу, чтобы у меня появился еще один папа.

Я вздыхаю.

– Что плохого в том, что о тебе хочет заботиться кто-то еще, кроме родителей? Ты ведь даже не знаешь этого парня…

– Его зовут Грег, – бурчит Джереми.

– Ты ведь даже не знаешь этого Грега. Вдруг он крутой? Может, он будет брать тебя в путешествия и приходить поболеть за тебя на твои футбольные игры? Может, он будет помогать тебе делать уроки, когда у тебя случится затык, или помогать уговаривать маму на то, что тебе по-настоящему хочется. Я к тому, что все может быть здорово.

– Я не хочу, чтобы он говорил мне, что делать, и стал для мамы важнее меня.