– Вы можете сказать присяжным, как вы услышали об этом?
– Конечно. – Хаген повернулся лицом к присяжным, это были пять женщин и семеро мужчин, все белые. Двое дублеров сидели сразу за загородкой. – Однажды вечером я пришел домой, сняв деньги со счета, чтобы иметь мелочь, и пил пиво на диване, смотря «Маринеров», когда в перерыве сообщили о пропавшей женщине из Седар-Гроува. У меня были клиенты в тех краях, и потому я обратил внимание. Показали ее фотографию.
– Вы узнали ту женщину?
– Я никогда ее не видел.
– Что было потом?
– Сказали, что она пропала некоторое время назад, и показали фотографию ее машины, синего «Форда»-пикапа, оставленного на обочине местной дороги. Это зацепило что-то у меня в памяти.
– Что значит «зацепило», мистер Хаген?
– Я видел этот пикап. Я был уверен, что видел его как-то вечером, когда ехал домой после встречи с заказчиками на севере. Я запомнил это, потому что теперь не многие пользуются местной дорогой, когда есть федеральное шоссе, к тому же шел сильный дождь, и я подумал: «Досадно, если в такую ночь сломается машина».
– Почему в тот вечер вы ехали по местной дороге?
– Так короче. Когда разъезжаешь так много, как я, то узнаешь короткие пути.
– Вы вспомнили тот вечер?
– Сначала нет. Но я вспомнил, что это было летом, потому что меня застала гроза. Я даже решил было из-за грозы не ехать по местной дороге. Там темно. Там нет фонарей.
– Как вы потом смогли определить дату?
– У меня в календаре отмечены мои встречи, и я проверил. Это было двадцать первого августа.
– Какого года?
– 1993-го.
Хаген держал этот календарь на коленях. После приобщения его к свидетельствам Кларк попросил показать его присяжным. Потом Кларк обратился к Хагену:
– Помните ли вы что-нибудь еще про тот вечер?
– Помню, что я видел красный пикап. Он ехал мне навстречу.
– И почему вы это запомнили?
– Как я сказал, в тот вечер не было других машин на местной дороге.
– Вы заглянули в кабину?
– Нет, на самом деле не заглянул. Но я хорошо рассмотрел саму машину. Это был «Шевроле». Вишнево-красного цвета. Такие не часто встречаются. Это классическая модель.
– И что вы сделали?
– В новостях дали телефонный номер офиса шерифа, я позвонил и рассказал о машине, которую видел. Потом мне позвонил сам шериф и сказал, что хочет выслушать сам. И я рассказал ему то, что только что рассказал вам.
– Вспомнили ли вы что-нибудь еще, когда говорили с шерифом Каллоуэем?
