«Нежные побеги романтики», как выразился попутчик, завяли давным-давно, а какой-то особой для себя славы я не ждала, да и не хотела. Как выходец из династии медиков (со стороны отца), знала, сколько на самом деле романтики в профессии врача. Есть специальности престижные, а есть вечные. Безумно нужные, но питаемые лишь молодостью и энтузиазмом. Моя специальность из тех, безумно нужных. Но, опять же, всё зависит от того, куда пробьешься.
- Не бойтесь, Евгений Бенедиктович, я не романтик. А вы тоже врач?
- Стоматолог. Официально – сотрудник госучреждения, неофициально - занимаюсь частной практикой. Как и вы, посвятил себя искусству зуболечения по велению души и с тех пор нередко раскаиваюсь в этом. Шанс на удобную нишу в семейном стройбизнесе я благополучно прос…эээ... прошляпил. Юношеский максимализм, будь он неладен! Хотя, - добавил попутчик, хрустя пальцами, - оно, наверное, к лучшему.
Какое-то время Евгений Бенедиктович молча смотрел в окно, где проплывали поля и мелколесья, едва различимые в вечернем сумраке, а потом вдруг поинтересовался:
- Так куда вам, говорите, ехать?
Я назвала.
- Шутите, – утвердительно сказал он, - потому что такие совпадения – это нонсенс! Я еду туда же, и, если чутье меня не подводит, нам по пути не только в город, но и в больницу. Теперь всё понятно.
До того, как в вагонах погасили свет, попутчик успел поведать – правда, без имен, - кучу забавных историй из жизни уже общих коллег. Я смеялась. Не покидало непривычное ощущение, что мы со стоматологом уже сто лет знакомы и просто встретились после долгой разлуки.
Глава третья
Друзья познаются в еде
Кто хотя бы раз путешествовал поездом, тот не понаслышке знает, что выспаться там практически невозможно. Со всех сторон доносится бурчание, сопение, кряхтение, храп разной степени мелодичности. Раз в пять минут кто-то обязательно встает и движется через весь вагон, чтобы хлопнуть дверью в тамбур. Лиц страдающих бессонницей не разглядеть, и на душе становится жутко. Я просыпалась от любого резкого звука, будь то гудок встречного поезда или лязг колес при повороте. Вздрагивала, ложилась на другой бок, отлавливала ускользнувшую подушку и забывалась коротким сном, чтобы через час или два проснуться вновь.
Попутчик не спал совсем. Когда бы я ни открыла глаза, его фигура возвышалась над закругленным белым столиком. Евгений Бенедиктович сидел, подперев рукой голову, и всматривался в мелькавшие огни городов. Судя по кругам под глазами, ночные бдения ему не новы. Бессонница или специфика профессии? Мой отец, например, может ночами не спать: дежурства закалили. Интересно, стоматологи дежурят?
- Евгений Бенедиктович?
- Что? – как ни в чем не бывало, отозвался он.
- А стоматологи дежурят?
Я не увидела – почувствовала улыбку.
- Нет, не дежурят. Смысла нет.
Могла бы и сама догадаться!
- Спите, Вера, спите, - посоветовали мне, - до нашей станции еще далеко.
Я выключилась, точно по волшебству, и не просыпалась до тех пор, пока кто-то не тронул за плечо.
- Вера, просыпайтесь. Доброе утро!
- А? Что? – я замотала головой, отгоняя обрывки сновидений.
- Через сорок минут выходить, - предупредил Евгений и добавил: - Вы часто стонете во сне? Жалобно так. Я уже собирался будить, думал, плохо человеку.
Опять? Преследующая четвертый год беда, с которой я не в состоянии бороться.
- Простите, пожалуйста, - покаялась. – Я что-нибудь говорила?
- Сначала «иди лесом, нехорошая женщина», а потом нечто вроде «темный час перед рассветом, помни», - процитировал стоматолог. – Почти поэзия, особенно про лес.
Остаток времени прошел в умывании, приведении себя в порядок, сдаче белья и подготовке к выносу поклажи. Из всей этой истории с баулами я извлекла ценный урок: впредь, куда бы ни пришлось отправиться, брать с собой только жизненно необходимое. Пожадничала - мучайся теперь. Хорошо Евгению: рюкзачок на плечи, и вперед, а здесь тремя носильщиками не обойдешься!
Сумки мы вытащили. За три ходки, выслушивая нелестное мнение проводниц и пассажиров, но всё же. Пришла пора прощаться.
- Вам точно не нужна помощь? – в который раз спросил вежливый попутчик.
- Нет, спасибо. Меня встретят, – знать бы еще, кто. Элька с папой из-за этого чуть не передрались, мама успела позвонить, пожаловаться.
- Тогда до скорой встречи, коллега. Держу пари, вы станете достойным украшением нашего цирка.
Мы пожали руки и расстались весьма довольные друг другом. Проводив взглядом фигурку с рюкзаком, осмотрелась. Мимо проходили люди, но ни одного знакомого лица я не заметила.
Ох, лучше бы не заикалась! Ко мне бодрым спортивным шагом приближался вчерашний мистер Мускул.
- Какие люди и без охраны! – потер ковшеобразные ладони детина. - Ботаны на выпасе! А кавалер твой где?
- И тебе привет, дядя Степа! Не поможешь?
