То ли вправду знания – сила, то ли мне просто нравилось говорить с ним, но настроение в тот вечер было на высоте. Мистификация постепенно обретала смысл, что не могло не радовать. Может быть, в следующий раз я наберусь смелости и задам вопрос, интересующий больше всех остальных. Может быть…
Глава семнадцатая
Заветное желание Моргарта Громова
Дом номер шестьдесят шесть на окраине издавна славился дурной репутацией. Большинство квартир не имели хозяев, а находящиеся в частной собственности апартаменты в основном пустовали. Молодые семьи или одинокие пенсионеры, сумевшие выгадать жилье за бесценок, съезжали через пару месяцев, а то и недель. Наведывались сюда и телевизионщики, и «Охотники за приведениями», снимали обшарпанные стены, брали интервью, но уезжали не солоно хлебавши.
- Вот за стенкой кто-то скребется, - утверждала словоохотливая старушка, одна из немногих обитателей строения. – Как прийду с магазина, так начинается: у-у-у, а-а-а! Сил моих больше нету!
Так и стоял дом, слепо таращась пустыми окнами, лишь в четырех или пяти квартирах теплилась жизнь.
Марк Олегович Громов, щуплый мужичок трудноопределимого возраста, семенил по пустынной улице и рассеянно мурлыкал услышанный в маршрутке мотивчик. Современной музыки он не понимал, но эта мелодия проникла глубоко в сердце, даря мир и покой своей бессмысленностью. Кожаный портфель, которым Марк Олегович помахивал в такт, потускнел от времени и в нескольких местах протерся. Но именно портфель да, пожалуй, грязно-коричневый пиджак были теми драгоценностями, с коими их хозяин не согласился бы расстаться за все блага мира: пиджак сохранял личину, портфель отводил любопытные взгляды и маскировал ауру.
Чем меньше шагов оставалось до шестьдесят шестого дома, тем сильнее дрожали кривоватые пальцы и тем громче играл в голове мотивчик. Он не смог ничего поделать, хозяйка останется недовольна.
- Госпожа, я потерял контроль над ситуацией… - квакал Громов. - Нет, лучше так: моя повелительница, ситуация вышла из-под контроля. Я пытался, пытался всё исправить… Что же делать? Да, нужно что-то делать…
Близоруко щурясь (в этой ипостаси он должен был носить очки), Марк Олегович разглядел пятно света на уровне третьего этажа. Хозяйка вернулась раньше, и Ульяна наверняка с ней. Скорей бы подготовили девчонку! Он получит право уйти на покой, выполнив свою миссию. Госпожа отблагодарит, и тогда он, Моргарт, возвысится над собратьями и поведет их к свету, к свободе, к равноправию! Мечты-мечты…
Лампочка в подъезде вновь перегорела, но привыкшие к отсутствию света глаза прекрасно видели в темноте. Шесть этажей, железная решетка, и он в квартире. Из-под двери гостиной выбивалась полоска голубоватого света, были слышны голоса. Мгновенная тишина: его присутствие не осталось незамеченным.
- Входи же, не стой столбом!
В центре комнаты перед громадным зачарованным зеркалом застыла высокая фигура в сером плаще. Капюшон откинут, пшеничного цвета волосы рассыпались по плечам. Как в двести девяносто два выглядеть на пятьдесят? Спросите ведьму.
Брови женщины нахмурены, тонкие покусанные губы кривились в улыбке. Она, не отрываясь, смотрела в зеркало, но поприветствовала слугу легким кивком. Доброе слово и кошке приятно, а услуги Моргарта и его собратьев были поистине неоценимы.
- Как трогательно, - прошипела колдунья, обращаясь к стеклу, - и как предсказуемо. Впрочем, другого я не ожидала.
В прозрачной глубине зеркала мелькали фигуры. Звук не передавался, да он и не нужен. Что есть слова? Сотрясение воздуха без цели и смысла, гораздо приятнее читать эмоции.
- Свет мой, зеркальце, скажи да всю правду доложи: кто на свете всех хитрее, всех умнее и сильнее? – Ирина была настроена лирически. - И кому тогда, мой свет, умирать во цвете лет? Покажи ее!
Изображение дрогнуло, пошло рябью. Ведьма, а вместе с ней и Моргарт, жадно вглядывались в сидящую за столом женщину. Злая, уставшая, она что-то яростно писала, подносила к губам кружку, то и дело хватала трубку телефона и бросала обратно.
- Бедная, бедная Дашенька, - сочувствие слов Бестужевой не коснулось ее хрипловатого голоса. - Дети обречены на те же ошибки, что совершали мы в свое время. Ведовство не сумело помочь мне, и тебе не поможет. Здесь иное, естественное, заложенное изначально. Вороти назад!
Мечтательное выражение вернулось вместе с предыдущей картинкой. Боясь пошевелиться, Громов следил за каждым движением бровей госпожи. Такую Ирину он лицезрел впервые.
- Чудесная игра природы, верно, Ульяна?
- Не могу сказать точно, хозяйка, - пробормотала съежившаяся в кресле девушка. - Миниатюру я видела лишь однажды, но… определенное сходство есть.
