«Товарищ» что-то невнятно промычал в ответ: вата мешала. Вампир на качество не скупился и ваты всегда клал под завязку.
- Евгений Бенедиктович, мне только пакет отдать…
- Я же сказал, обождите! Потолкуем на вечные темы.
Никуда не торопясь, ожидала в приемной. Вопли важного субъекта доносились из-за приоткрытой двери. Не такие уж и завидные зубы оказались. Или я опять не углядела сарказм?
- Ну чего вы орете?! Больно? Как это больно?! После третьего укола, дорогой мой, болеть там уже просто нечему, - втолковывал Печорин, перекрикивая визг аппаратуры. - Не притворяйтесь, вы роняете себя в моих глазах!
Когда пациент, постанывая и держась за щеку, выполз из кабинета, Бенедиктович разрешил мне войти. Он был заметно не в духе.
- Давайте сюда свой пакет, - велел стоматолог, стягивая перчатки. – Вот ведь народ пошел, Ванька их покусай! По-русски говорю, что зуб пропащий, надо выдрать и заменить. А он: «Нет, пломбируйте, как хотите!» Раз в месяц является, как призрак усопшей тетушки, за новой пломбой. Старые, видите ли, выпадают! А за что им держаться, за что?!
- «Критические дни»? – понимающе хмыкнула я.
- Они, проклятые! Хоть больничный оформляй, - вампир достал с верхней полки пачку томатного сока и фляжку. Поминутно отхлебывая от одной и другой, он постепенно добрел. - Значит, ревизоры к нам пожаловали? Занятно, занятно. Ко мне они заглядывают редко, можете не беспокоиться.
- Да я и не беспокоюсь. Вы бы поосторожнее с коньяком. Мало ли что?
- Без лысых знаю! – фыркнул Евгений. - Не обижайтесь, в ближайшие дней пять я буду слегка не в адеквате. Или слегка в неадеквате, как посмотреть. Излишки производства.
«Критическими днями» вампиры в шутку обзывали период обострения чувства голода. В такие минуты им трудно понять, где заканчивается реальность и начинается… нет, не мечта. Скорее, усиленная борьба. Многие срываются, и большинство обращений приходится именно на этот период вампирской жизни. У некоторых он длится неделю, максимум две, остальным повезло меньше. Печорин, по собственному признанию, страдал последние три дня каждого месяца и полторы недели последующего. И хотя самообладания у него на семерых, нервная система пошаливает.
- Жизнь, друг мой Вера, есть не что иное, как стечение обстоятельств, - вещал стоматолог. - Опоздал на автобус, перевел старушку через дорогу, наступил на ногу гопнику – и пожалуйста, новый виток. А не повстречайся на твоем пути гопник, всё сложилось бы иначе.
- Говорят, на встречу с судьбой нельзя опоздать, - не согласилась я.
- Да, но легко можно отложить до завтра. Другое дело, что терпение судьбы не бесконечно. Пока будете канителиться, ей станет скучно и она уйдет, - загадочно уронил Печорин. - Роковых ошибок не существует, слыхали? Убеждаюсь в этом каждое утро.
- Не все так считают, - я вздохнула, думая о личном. - Многие напряженно ждут подвоха и удивляются, когда он стучит в окно. Вроде как радоваться должны своей предусмотрительности.
- Знал бы, где упаду, соломки б подстелил, - кивнул он, с сожалением сминая пачку. - Хуже разгильдяйства только паранойя. Я вот разгильдяй и горжусь этим, жить как-то проще.
- Ну, вы у нас за рамками обыденности…
- Люблю иезуитские комплименты! Как хочешь, так и расценивай, - хохотнул вампир. - Ладно, Вера, не смею задерживать. Расскажете потом, чего там комиссия разнюхала.
- Евгений Бенедиктович, я тут хотела спросить… В тот день в вашей квартире Инесса…
Стоматолог помрачнел.
- Что «Инесса»? Маленькая дурочка вызвала Татьяну на поединок и проиграла. Кодекс Мертвых не позволяет ищейкам игнорировать вызов, Несс это понимала. Она спасла наши шкуры наиглупейшим образом, и теперь… короче, сейчас ее лучше не трогать.
Стоп-стоп-стоп! Выходит, причиной бегства вампиров стало не мое желание? Подвеска на шее внешне не изменилась, не потускнела и по-прежнему реагировала на неприятности. А я-то радовалась, наивная! Поставив в уме галочку – узнать у Воропаева тонкости насчет вампиро-упырского мира – осмелилась задать вопрос:
- Инесса… умерла?
- Формально она жива, - Печорин скривился, точно вместо коньяка ему подсунули уксус. - Ходит по земле, говорит, мыслит, чувствует, но, в конечном счете… Р-р-р, смерть и то предпочтительнее такой жизни!
Если бы Евгений имел возможность вернуться в прошлое и исправить то, что произошло, он бы сделал это? Отдал собственную жизнь взамен жизни Инессы? Возможно. А жизнь друга? Существует ли она вообще, дружба между вампиром и… не-вампиром?
- Извините, что так вышло…
- Не извиняйтесь, - спокойно прервали меня. Слишком спокойно. В женском варианте от подобного спокойствия отдает истерикой, но Евгений, к счастью, женщиной не был, - вас я бы обвинял в последнюю очередь. Напортачили только с местом и временем, а за язык Несс никто не тянул. Дала бы нам умереть спокойно, и дело с концом. Благородство уголовно наказуемо, жаль, что пока не все это поняли.
