Тишина в актовом зале. Первые аккорды песни. Я выхожу — точнее, оно само выходится. А потом начинается танец. Ни единого движения не помню — но тогда откуда их берет тело? Какое движение будет следующим? Не оступлюсь ли я? Заметили ли все, что я — не я?
Смотрю в зрительный зал и не вижу ни единого взгляда. Всех заволокло пеленой, и эта пелена меня защищает. Если я не существую — я в безопасности. Надо мной не сможет никто посмеяться, если я забуду танец. Над кем смеяться? Меня просто нет. Я никогда не жила.
(19 лет)
Я лежу, прижатая к полу, и пытаюсь дышать. Не помню уже, с чего начался этот разговор, — в голове сплошной бардак. Да и как ему там не быть, если Н. вечно цепляется за все что угодно, раздувает
и переворачивает с ног на голову? Или это только мне так кажется…
Ничего уже не знаю, честно. Сейчас просто хочу, чтобы он меня отпустил и перестал выносить мозг.
— Давай закончим уже, в чем суть разговора-то вообще?
— Суть разговора в том, что ты опять…
— Я опять говорю, что это моя подруга, и я буду обсуждать с ней наши личные дела.
Удар по голове, а потом удушье. Это меня сейчас взяли за шею? Как я здесь оказалась? Опасно ли это? Что будет со мной?.. Кто такая я? Кто этот человек? Так, подожди, я встречаюсь с ним уже полгода, и мы пришли к нему домой, чтобы заночевать после прогулки. И все опять пошло-поехало.
— Я тебя спрашиваю, ты почему удалила переписку? Что вы там такого обсуждали?
Мутновато. Шум в ушах. Что надо сказать-то? Я вообще с кем-то успела подружиться? Я не знаю, как жить, потому что никогда не жила, только он этого не знает.
— А, ну значит, обсуждали что-нибудь интересненькое. Чтобы дальше быть в курсе, я сейчас меняю твой пароль сам и тебе его напишу. Теперь у тебя вот такой пароль. Другого не будет.
…А буду ли я? Буду, я всегда потом возвращаюсь, меня обычно недолго нет. Правда, потом буду не только я, но и боль будет. А сейчас ничего нет, как нет и самой жизни. И это, кажется, к лучшему.
(22 года)
Я просыпаюсь рано утром и поворачиваю голову, чтобы посмотреть, кто лежит рядом со мной. А рядом со мной чужой человек. Мне явно не стоит лежать так близко рядом с ним, это опасно.
Неважно, что я живу с Александром уже целый год, и он водит меня по врачам, пытаясь вытащить из депрессии. Сейчас я вижу его впервые. Пусть я многое знаю о нем, он мне чужой.
Мне надо прийти в себя, пока он не проснулся. Нельзя, чтобы он хоть что-то заподозрил — мое плохое состояние его расстраивает. А расстраивать Сашу я не хочу — я люблю его. Вернее, знаю, что люблю. Где-то там, в глубине души, на том месте, где теплился этот огонек, сейчас пустота и страх. Но я надеюсь, что еще смогу что-то почувствовать. Не только к Саше, но и к миру вообще.
Я чувствую, что Саша дает мне руку, но не могу протянуть в ответ свою. Потому что лежу в гробу, и надо мной полтора метра земли. Порой я что есть мочи колочусь в крышку гроба, надеясь выбраться, а порой только вяло скребусь.
Я должна была выбраться, пока не кончится воздух, но сегодня он кончился. Я ухожу, чтобы не делать человеку больно.
(27 лет)
Женя, посмотри на свои руки. Ты где сейчас находишься? Кто этот человек в соседней комнате?
Это Артур. Я с ним уже три года живу. Все хорошо, он не причинит никакого вреда, ты можешь вернуться. Ты можешь не отключаться, не уходить от своих ощущений. Да, я понимаю, что на месте пустоты, которую ты чувствуешь, будет огромный страх, только он абсолютно беспочвенный. Тебе почудилось что-то из прошлого, но сейчас все по-другому. Он не причинит тебе вреда. Это родной человек.
Комок в горле — и слезы текут по щекам. Выхожу из темной комнаты и обнимаю его. Все хорошо. Даже когда я есть, я в безопасности.
Впервые обнаружила у себя дереализацию где-то года 3 назад, но началось это значительно раньше, наверное. Мне всегда казалось, что это не моя жизнь. Я помню момент из детства: тогда я как-то накосячила (совсем не помню, что я сделала) и спряталась за диван. Бабушка стояла передо мной с тапком и ругалась. Вроде бы даже ударила, я не помню. Но мне было все равно. Несмотря на то, что я тогда очень боялась физического наказания, пряталась за диваном, я ощущала все так, будто я в игре. будто, если я отвернусь, то ничего не произойдет. Думаю, примерно в тот момент все и началось…
А может, это было со мной всегда.
Мои близкие никак не отреагировали, родителям было все равно и конкретно об этой проблеме мы не говорили — хотя для меня это, честно говоря, не проблема, а наоборот, спасение. Если бы я ощущала реальность, я не думаю, что я бы была жива.
Дереализация влияет очень положительно на мою жизнь. Так вышло, что я в весьма странной ситуации: живу в антисанитарии с тараканами, и очень боюсь такой жизни, она мне противна. Но благодаря тому, что не ощущаю реальность, я не чувствую, что это моя жизнь. Я не знаю, почему, но мне кажется, что я ощущаю, будто живу в комфортном и уютном месте, в том, где хотела бы жить. Благодаря дереализации я ощущаю себя спокойно в обществе — обычная я не смогла бы даже ходить на учебу, боясь, что все узнают, как я живу.
