Маргарита тихонько положила молоток на подоконник и вылете ла из окна. Возле дома была кутерьма. По асфальтированному троту ару, усеянному битым стеклом, бегали и что-то выкрикивали люди. Между ними уже мелькали милиционеры. Внезапно ударил колокол, и с Арбата в переулок вкатила красная пожарная машина с лестни цей…
Но дальнейшее уже не интересовало Маргариту. Прицелившись, чтоб не задеть за какой-нибудь провод, она покрепче сжала щетку и во мгновение оказалась выше злополучного дома. Переулок под нею покосился набок и провалился вниз. Вместо него одного под но гами у Маргариты возникло скопище крыш, под углами перерезан ное сверкающими дорожками. Все оно неожиданно поехало в сторо ну, и цепочки огней смазались и слились.
Маргарита сделала еще один рывок, и тогда все скопище крыш провал ил ось сквозь землю, а вместо него появилось внизу озеро дро жащих электрических огней, и это озеро внезапно поднялось верти кально, а затем появилось над головой у Маргариты, а под ногами блеснула луна. Поняв, что она перекувыркнулась, Маргарита приня ла нормальное положение и, обернувшись, увидела, что и озера уже нет, а что там, сзади за нею, осталось только розовое зарево на гори зонте. И оно исчезло через секунду, и Маргарита увидела, что она на едине с летящей над нею и слева луною. Волосы Маргариты давно уже стояли копной, а лунный свет со свистом омывал ее тело. По то му, как внизу два ряда редких огней слились в две непрерывные ог ненные черты, по тому, как быстро они пропали сзади, Маргарита догадалась, что она летит с чудовищной скоростью, и поразилась то му, что она не задыхается.
По прошествии нескольких секунд далеко внизу, в земной черно те, вспыхнуло новое озеро электрического света и подвалилось под ноги летящей, но оно тут же завертелось винтом и провалилось в землю. Еще несколько секунд – такое же точно явление.
– Города! Города! – прокричала Маргарита.
После этого раза два или три она видела под собою тускло отсве чивающие какие-то сабли, лежащие в открытых черных футлярах, и сообразила, что это реки.
Поворачивая голову вверх и влево, летящая любовалась тем, что луна несется над нею, как сумасшедшая, обратно в Москву и в то же время странным образом стоит на месте, так что отчетливо виден на ней какой-то загадочный, темный – не то дракон, не то конек-горбу нок, острой мордой обращенный к покинутому городу.
Тут Маргаритой овладела мысль, что, по сути дела, она зря столь исступленно гонит щетку. Что она лишает себя возможности что-ли бо как следует рассмотреть, как следует упиться полетом. Ей что-то подсказывало, что там, куда она летит, ее подождут и что незачем ей скучать от такой безумной быстроты и высоты.
Маргарита наклонила щетку щетиной вперед, так что хвост ее поднялся кверху, и, очень замедлив ход, пошла к самой земле. И это скольжение, как на воздушных салазках, вниз принесло ей наиболь шее наслаждение. Земля поднялась к ней, и в бесформенной до это го черной гуще ее обозначились ее тайны и прелести во время лун ной ночи. Земля шла к ней, и Маргариту уже обдавало запахом зеле неющих лесов. Маргарита летела над самыми туманами росистого луга, потом над прудом. Под Маргаритой хором пели лягушки, а гдето вдали, почему-то очень волнуя сердце, шумел поезд. Маргарита вскоре увидела его. Он полз медленно, как гусеница, сыпя в воздух искры. Обогнав его, Маргарита прошла еще над одним водным зер калом, в котором проплыла под ногами вторая луна, еще более сни зилась и пошла, чуть-чуть не задевая ногами верхушки громадных сосен.
Тяжкий шум вспарываемого воздуха послышался сзади и стал на стигать Маргариту. Постепенно к этому шуму чего-то летящего, как снаряд, присоединился слышный на много верст женский хохот. Маргарита оглянулась и увидела, что ее догоняет какой-то сложный темный предмет. Настигая Маргариту, он все более обозначался, стало видно, что кто-то летит верхом. А наконец он и совсем обозна чился: замедляя ход, Маргариту догнала Наташа.
Она, совершенно нагая, с летящими по воздуху растрепанными волосами, летела верхом на толстом борове, зажимавшем в перед них копытцах портфель, а задними ожесточенно молотящем воздух. Изредка поблескивающее в луне, а потом потухающее пенсне, сва лившееся с носа, летело рядом с боровом на шнуре, а шляпа то и де ло наезжала борову на глаза. Хорошенько всмотревшись, Маргарита узнала в борове Николая Ивановича, и тогда хохот ее загремел над лесом, смешавшись с хохотом Наташи.
– Наташка! – пронзительно закричала Маргарита. – Ты намаза лась кремом?
– Душенька! – будя своими воплями заснувший сосновый лес, от вечала Наташа. – Королева моя французская, ведь я и ему намазала лысину, и ему!
– Принцесса! – плаксиво проорал боров, галопом неся всадницу.
