- Ласкай клитор и нежные миллиметры вокруг него, старайся найти самые отзывчивые места. Не спеши. И звуки не подавляй, хнычь и скули. Как хочется, так и звучи. Я хочу слышать тебя. Слышать, как тебе плохо. А потом услышать, как тебе хорошо.
Из влагалища выделяется очень много смазки, все пальцы правой руки мокрые. На обеих грудях затвердели соски, и я чувствую, что они больше не хотят, чтобы я до них дотрагивалась. Зато внизу живота чего-то очень сильно не хватает, я будто не могу добраться до секретного рычага, который смог бы мне помочь победить это мучительное напряжение. Во мне словно зреет бутон цветка папоротника, стремится раскрыться и залить все вокруг живительным эликсиром, силится, старается, но не может. Кладу левую ладонь на живот сразу над лобком и слегка надавливаю пружинящими движениями, в то время как пальчики правой руки разыскивают в складочках вульвы точку, которой можно запустить меня в космос.
- А-а-андре-е-е-й, у меня не получается, - я еле выговариваю слова, мне и хорошо, и очень плохо одновременно. Кажется, что если не удастся завершить начатое, то все мои внутренности перестанут работать, и я умру. От того, кончу я или нет, зависит очень многое. Я хочу, чтобы он мне помог.
Князев придвигается ко мне, кладет ладони на внутренние части моих бедер, нажимает, шире раздвигая ноги. Сильные руки, уверенно двигающиеся. Боже, это его руки, руки моего Князя, и как же хорошо мне становится, когда я чувствую его силу… Волна наслаждения растет, но не переливается за края, продолжая мучить меня, а победная скрипка все еще не звучит.
- Кня-а-а-а-а-сь, умо-о-ля-а-й-у тебя, - с болью в голосе шепчу я.
Он будто знает наверняка, что именно во мне творится. Словно я для него стеклянная, и он видит, как неистово во мне сплелись нервы и мышцы, требуя разрядки. В самый ужасный момент, когда у меня почти остановилось дыхание, Князев легонько дует на мою мокрую вульву. И я кончаю. Кричу и дергаюсь, чувствуя, как по венам разбегается ожившая кровь, будто мое существо спасено от гибели.
- Вместо «спасибо» надо будет выполнить следующее задание, - откуда-то издалека, с другой планеты, я слышу довольный голос Князева.
Я уже говорила, что уволилась из банка. Но только увольнение вышло не окончательным. Меня уговорили вернуться. Нет, зарплату при этом не увеличили. Звучали другие аргументы, которые вызвали отклик в моей душе. То есть меня смогли зацепить за мои собственные страхи, которые мешали выйти на другую тропу. Будда сказала мне, что обрывать свой трудовой путь рано, поскольку я еще не сформировала внутри себя четких и обоснованных выводов о том, чем мне не подходит банк. Доводы про маленькую зарплату, по ее мнению, не в счет, потому что всех денег мира не заработать. Она предупредила меня, что если я уйду, не разобравшись до конца, аналогичные ситуации будут повторяться вновь и вновь. Мне на любой работе будет некомфортно и тоскливо, даже если зарплата будет повыше.
Обдумав ее слова, я решила согласиться. В них был какой-то потаенный смысл. Я знала наверняка, что любая сфера занятости очень быстро надоест мне до тошноты, ведь мои устремления имеют четкий вектор в сторону полицейского ведомства. Но туда меня не берут. Тем более, сейчас, когда я слишком погружена в осмысление наших отношений с Князем, сил на поиск новой работы у меня просто нет.
Все рабочее время дня, следующего после вечера открытий, я провела в банке будто во сне. Меня никто не злил. Конечно, возникали ситуации, в которых я могла бы испытать эту эмоцию. Но злость во мне не рождалась. Я была увлечена воспоминаниями о том, чем мы с Князевым занимались накануне. Поэтому случай с пакетом сахара вошел в мою память в качестве анекдота, а не очередной обиды.
Накануне я организовала рекламную акцию, как обычно, слегка карикатурную, чтобы привлечь внимание к оказываемой банком услуге – денежным переводам. Они и так популярны среди трудовых мигрантов из стран ближнего зарубежья, но мне дали задание провести мероприятие, повышающее уровень доверия к банку. Естественно, бюджет был минимальным. Из всех предложенных мной вариантов Будде приглянулась раздача конфет и чая в офисах – акция «Горячая среда». Не знаю, с чем связано, но именно в среду обычно меньше всего таких операций. И почему-то Будде захотелось эффективно залатать этот пробел. То есть приходит уставший труженик в банк, чтобы перевести семье деньги, а кассир улыбается и говорит: «Мы рады вам помочь, и в благодарность за ваш выбор дарим вам хорошее настроение в этот ненастный день». После проведения операции кассир вручает конфету, одноразовый стаканчик, пакетик чая и стик с сахаром, вежливо указывая на кулер.
- Майя, где ты собираешься купить конфеты? – спросила Будда.
- В ближайшем супермаркете, чтобы было недалеко их тащить.
- Нет, так не пойдет. Нужно купить максимально дешево, узнать, сколько конфет будет в килограмме. Ты посчитала, сколько конфет нам нужно всего?
- Офисов у нас десять. Ждем приблизительно по пятьдесят клиентов. Значит, пятьсот конфет.
