Мы кричали в знак поддержки «Маунтенирс» и выражали недовольство командой соперников, мы подыгрывали глупостям, которые затевали маскот и медиа-команда стадиона во время перерывов в игре. А я вел обратный отсчет иннингов. К концу пятого Деклан, Эверетт и Хейс незаметно проскользнули на свои места. Как и я, они оделись так, чтобы не вызывать подозрений, и никто, включая Трикси, не заметил их присутствия.
Когда запустили камеру поцелуев, Трикси выкриками подбадривала парочки на экране, как и остальные фанаты на трибунах, и совершенно не подозревала о том, что ждало ее впереди.
– Только посмотри на них, – смеялась она, показывая пальцем на гигантский экран напротив нас. – Они вообще не ожидали. Она так очаровательно засмущалась. Мне кажется, это был их первый поцелуй. Как мило!
Я повернулся к Трикси с ощущением, что мое сердце вот-вот выскочит из груди.
– Если мы хотим, чтобы в наши отношения поверили, нам, возможно, нужно потренироваться… и в этом тоже, как думаешь? – Я пытался сохранять спокойствие в голосе.
Трикси подняла на меня взгляд и несколько раз моргнула с самым невинным выражением лица. Она нахмурила брови, а потом до нее дошло.
– Целоваться?
Я положил руку на спинку ее сиденья и прикусил нижнюю губу. Я снова смотрел на ее губы, и в этот раз, черт побери, я уже не мог сдерживаться.
– Именно.
Как по команде на нас тут же навели камеру.
– Гляньте-ка сюда, народ, кажется у нас тут на трибуне сам денверовский Крис Кингман и его милая леди. Как думаете, они для нас поцелуются?
Трикси округлила глаза и посмотрела на большой экран, в центре которого были мы.
– Кажется, пришло время, – сказал я спокойным голосом, но сердце заходилось от волнения.
Мои братья взорвались подбадривающими криками позади нас, по-доброму призывая нас поцеловаться на камеру.
– Давай, квотербек, не смущайся.
– Покажи ей, как это делается, – вставил кто-то не из семейства Кингманов.
Я почти не слышал их. Понимал ли я, что пятьдесят тысяч триста с лишним человек сейчас смотрят на нас и ждут моего первого поцелуя с Трикси? Да. Но у меня хорошо получалось отключаться от стадиона, переполненного людьми. Трикси не любила находиться на виду, и я надеялся, что она меня не убьет под прицелом камеры.
Позволила бы она мне поцеловать себя, если бы на нас не смотрел весь мир?
Ее взгляд говорил о том, что мне стоит попытаться, потому что, мне кажется, она согласна. Трикси улыбалась изумленно и в то же время радостно, когда придвигалась ближе ко мне, а я быстрым движением повернул кепку назад, чтобы козырек не мешал.
– Мне кажется, тебе лучше поцеловать меня, Крис Кингман, – сказала она с придыханием и облизнула губы.
– Да, думаю, нужно. – Мне очень-очень нужно было.
Поцелуй начинался неуверенно, и я подумал, что мы лишь слегка соприкоснемся губами. Если она захочет, то пусть так и будет. Но потом что-то изменилось. Трикси закрыла глаза и наклонилась ближе ко мне.
Я обхватил ладонью ее щеку и языком раздвинул ее губы, проникая глубже. Все случилось так неожиданно и по-настоящему, и так идеально. Я растворился в этом мгновении с ней. Я наконец-то целовал Беатрис Мур, и она отвечала на мой поцелуй.
Когда она оторвалась от моих губ, стадион зашелся радостными криками. Щеки Трикси разрумянились, а глаза потемнели от желания, а потом округлились в удивлении. Она прикоснулась к своим губам, а затем улыбнулась, но отвела взгляд с такой очаровательной застенчивостью, что я просто не мог удержаться.
Я притянул ее к себе снова и поцеловал еще раз. И в этот волнительный поцелуй я вложил все свое томительное желание.
Когда я оторвался от губ Трикси, стадион взорвался возгласами одобрения, а все вокруг нас, включая моих братьев, зааплодировали.
– Я такого не ожидала, – призналась она, слегка запыхавшись.
– Поцелуя или того, насколько он был хорош? – Я не собирался это говорить. Но мои мозги и мой рот не могли функционировать слаженно. И, черт возьми, в дальнейших действиях мой член точно хотел принимать участие.
– Да, – прошептала она. Камера поцелуев свое дело сделала, но стало совершенно ясно, что между нами произошло что-то настоящее.
Игра продолжилась, и, по моим подсчетам, у нас было около тридцати секунд, прежде чем фанаты «Мустангов» на средней трибуне окружат нас. Но ведь в наш план входило быть вместе на публике, чтобы нас увидели те злые девчонки, которые изводили ее? А пиар-команда моего агента будет счастлива распространить это по всему интернету.
Я бросил взгляд на братьев, которые улыбались как идиоты, показывая мне большие пальцы в знак одобрения. Трикси проследила за моим взглядом и заметила двоих из них в нескольких рядах от нас.
– А вы что здесь делаете? – Она наклонила голову набок и подняла одну бровь, глядя на них.
– Я бы ни за что не пропустил эту игру, – ответил Эверетт с блеском в глазах.
Хейс отсалютовал ей.
– Мы – ваш план побега.
Они вдвоем встали и пошли к противоположным проходам трибуны, чтобы заблокировать их, как будто они играли в защите.
– Черт. Пора сматываться, синичка.
