— Как тебе живется в моем гареме, Джуман?
— Хорошо, мой господин.
— Никто тебя не обижает?
— Нет, господин.
— Карим сказал мне, что ты спокойно приняла свою новую жизнь, без истерик и слез. Я доволен тобой, ты держишь слово. Иди сюда, — он отставил стакан на деревянный столик, что стоял у кровати, и похлопал ладонью по шелковой простыне.
Я быстро забралась на постель и села на указанное место. Мужчина притронулся к выпущенной пряди моих волос и намотал её на палец. Он чуть потянул за неё, и я села ближе к нему. Гафур рассматривал меня пару секунд, а потом притянул к себе и заключил в объятиях. Он склонил голову и нежно меня поцеловал, я раскрыла губы, принимая его ласку. Он целовал меня долго, лаская рот языком и чуть прикусывая губы зубами, а потом отстранился и заглянул в глаза:
— Скажи, что скучала по мне.
Я облизнула губы и произнесла то, что от меня требовалось:
— Я скучала по вам, мой господин.
Гафур наклонил голову, рассматривая меня внимательнее:
— Ты научилась многому, Джуман, но не врать.
Я затаила дыхание, ожидая его реакции. Мужчина толкнул меня на кровать, и я упала на спину. Он навис сверху:
— Боишься? — зловеще прошептал мужчина.
— Да, — честно призналась я.
Он наклонился ближе и прошептал в самые губы:
— Нет причин. Я, как и ты, держу свое слово.
А потом снова поцеловал, но уже не нежно, а в наказание. Его страсть была сильной и яростной. Он умело и быстро сорвал с меня одежду и опалил тело жадными прикосновениями и поцелуями. Я прикрыла глаза, принимая все с должной покорностью. Вскоре его горячие руки коснулись лона и стали натирать чувствительное место. Я сжала кулаки, молясь лишь об одном, чтобы мое тело увлажнилось для его проникновения. Но мои мольбы не были услышаны, я оставалась такой же сухой и безжизненной, как пустыня, что нас окружала. Мужчина вскинул голову и прошептал, глядя мне в глаза:
— Ты отвыкла от меня, Джуман. На корабле ты научилась возбуждаться в моих руках, а сейчас снова боишься, как впервые дни.
Он встал с кровати и отошел, а я с замиранием сердца стала ждать, что будет дальше. В его словах не было злости, только легкое неудовольствие, и это вселяло надежду, что жестокого наказания не последует. Я приоткрыла глаза, наблюдая за ним, Гафур принес в кровать какой-то флакон и откупорил бутылку:
— Протяни руку, — я повиновалась, и мужчина вылили немного жидкости мне на ладонь, это было розовое масло. — Увлажни себя.
Я смущенно прикрыла глаза и медленно притронулась к своему лону, растирая масло по коже. Я была готова принять его, но Гафур медлил. Он улегся возле меня и, когда я отняла руку от своего лона, велел:
— Нет. Поласкай себя.
Мне было стыдно делать это, но я напомнила себе "кто я" и "как мое имя" и выполнила его приказ. Я вернула руку к своей женственности и пробежалась по ней пальчиками. Я знала что делать, он многому научил меня на корабле. Я ласкала себя и знала, что он смотрит, его возбужденный взгляд жег меня раскаленным огнем.
— Открой глаза, — услышала я очередной приказ.
Я открыла глаза и посмотрела на мужчину. Он водил рукой по своему возбужденному члену, не отрывая взгляда от моего лона. А потом Гафур посмотрел мне в лицо и спросил:
— Тебе нравится?
Я уже собралась солгать, когда мужские пальцы зажали мой подбородок. Я подняла на него взор. Глаза Гафура горели яростным огнем:
— Узнаю, если соврешь, — тихо предупредил он.
Во рту пересохло, и я хрипло ответила:
— Нет.
Мужчина перехватил мои пальцы и нежно ввел их в лоно, надавливая, страстная влага оросила наши руки. Гафур растер мою влагу по коже, смешивая с розовым маслом. Все это время мужчина не отрыл от меня пристального взгляда, а потом тихо спросил:
— И кто врет мне, Джуман, ты или твое тело?
Я не стала отвечать и только отвернула голову, ненавидя его в этот момент. Себя я ненавидела больше. Гафур не стал терять время, и сразу толкнулся в меня своим возбужденным членом на всю длину. Я прикусила губу, чувствуя растягивающую наполненность, и вцепилась в мужские плечи. Гафур подался назад, а потом снова медленно толкнулся, и я с удивлением ощутила легкий спазм удовольствия, что наполнил тело. Мужчина почувствовал изменение во мне и, перехватив пальцами мой подбородок, внимательнее всмотрелся в мое лицо. Я быстро прикрыла глаза, чтобы Гафур не прочитал в них правду, но мужчина все же успел заметить то, что я попыталась скрыть. Я услышала его сладкий шепот:
— Раковина, что скрывает мою жемчужину, кажется, дала трещину, — улыбнулся Гафур и ускорил толчки. — Да, Джуман?
Я не ответил, а сильнее сжила кулаки, отстраняясь от реальности. За дни без насилия я расслабилась и потеряла бдительность, больше этого не произойдет, пообещала я себе. Через пару долгих минут мужчина излился в меня с тихим стоном. Он медленно откатился, тяжело дыша, я прикрыла грудь руками и отвернула голову, не желая видеть его торжество. Мы лежали, молча, и я подумала, что он уснул. Я медленно повернулась на бок, но тут же услышала его тихий голос: