Три дня тянулись вечность и пролетели за один миг. Аббас разбудил меня на рассвете нежным поцелуем. Он уже был одет и готов к отъезду. Я встрепенулась:
— Я сейчас встану и провожу тебя.
Мужчина остановил меня, укладывая обратно в постель:
— Нет. Простимся здесь. А потом ты снова уснешь.
— Боюсь, я уже отвыкла засыпать без твоих объятий, — нежно улыбнулась я.
Он погладил меня по щеке и сказал:
— Я рад этому. Значит каждый раз, когда ты будешь засыпать, ты будешь думать обо мне. Представлять меня рядом.
— Я буду думать о тебе все время, а не только перед сном.
Аббас нежно поцеловал меня и встал:
— Я тоже буду думать о тебе, Джо. Время разлуки пролетит быстро, и мы снова будем вместе.
— Обещаешь?
— Обещаю, — улыбнулся Аббас.
Мужчина на пару мгновений задержал на мне свой темный взгляд, как будто хотел запечатлеть мой образ в своей памяти, а потом стремительно вышел из спальни. Я подавила в себе порыв вскочить и побежать за ним. Долгие проводы лишние слезы.
Дни без Аббаса потекли неимоверно медленно. Я подружилась с Фаизой, она была очень приветливым и добрым человеком, хотя и старалась держать между нами дистанцию. Ведь как не крути, мы были госпожа и служанка — Аббас четко определил мое место в своем доме. Фаиза настойчиво отстраняла меня от любой физической работы, позволяя лишь наблюдать и руководить. Но и за это я была ей очень благодарна: я постепенно постигала сложную науку ведения дома по традициям востока.
Вторым другом для меня стал Рональд, его рассказы о многочисленных экзотических путешествиях коротали наши вечера. А еще я упросила врача научить меня основам медицины, и он нехотя согласился. Но только после того, как Фаиза непрозрачного намекнула Рональду, что все в доме должны выполнять любую мою прихоть, ведь так велел господин Аббас. А если кто-то не будет этого делать, он узнает на себе всю силу гнева господина. Похоже, опасение вызвать недовольство Аббаса перевесило нежелание учить сложной науке несмышленую юную барышню. Но как оказалось позже я была не безнадежной, а даже подающей надежды ученицей. Конечно, «если бы полностью посвятила себя благородной науке, а не отвлекалась на такие мелочи, как ведение домашнего хозяйства».
Я старалась заполнить дни учебой, несложной работой и домашними хлопотами, но все равно тосковала по Аббаса. Особенно ночами. Мне не хватало нежных рук, доброй улыбки и ласкового взгляда моего мужчины.
А еще я скучала по Батул. Я была рада, что покинула гарем Гафура, но сожалела, что это произошло тогда, когда девушка больше всего нуждалась в моей поддержке. Ведь её беременность подходила к концу, а, значит, страхи за здоровье малыша усилились. Но я старалась не думать о грустном, потому что все равно ничего не могла сделать — я ничем не могла помочь Батул.
Неделя после отъезда Аббаса закончилась, и началась вторая. Я поймала себя на мысли, что считаю дни до его возвращения. Я все больше тосковала и все меньше спала ночью, а днем полностью погружалась в дела и учебу. А потом, в середине второй недели я вдруг вспомнила, что мужчина сказал, что его не будет пару недель. Пару, не две. Может для него пару недель это три или четыре? От этих мыслей стало еще тоскливее.
Я как раз втыкала иголку в выделанную кожу барана, учась зашивать раны, когда Фаиза быстро вошла в комнату, которую мы с Рональдом превратили в учебный класс. Старичок хмуро посмотрел на женщину — врач не любил, когда она заходила сюда. Они с Фаизой в последнее время, словно маленькие дети, соперничали за мое внимание:
— Леди Джоанна занята, — строго сказал Рональд.
Фаиза проигнорировала его слова и подошла ко мне:
— У нас гость.
Я отложила иголку и удивленно воззрилась на неё:
— Гость?
— Да.
— Ты сказала, что господин Аббас в отъезде.
— Он ответил, что знает это. И что хочет увидеть вас, — объяснила Фаиза.
Я быстро сняла учебный фартук, извинилась перед доктором и пошла за Фаизой:
— Ты его знаешь? Он бывал в доме раньше?
— Да. Это хороший друг господина.
Я резко остановилась, нехорошее предчувствие сковало тело:
— Его имя Гафур?
Фаиза с тревогой посмотрела на меня и медленно кивнула. Мой сердце пропустило удар, я медленно прислонилась к стене. Что он здесь делает? Зачем приехал?
— Скажи ему, что меня тоже нет.
Фаиза в ужасе распахнула глаза:
— Госпожа, прошу не губите меня! Я уже сказала гостю, что вы дома. И что я сейчас вас позову.
— Тогда скажи ему, что мне нездоровится. Что я внезапно заболела и не могу встать с постели.
— Госпожа, я не могу врать! Вы ведь здоровы.
Я прикрыла глаза и сжала кулаки. Фаиза права, она не должна отдуваться за меня перед Гафуром. Я расправила плечи и продолжила путь. Фаиза распахнула передо мною двери комнаты, и я решительно вошла. Гафур, который рассматривал что-то в окне, медленно обернулся. Его пристальный взгляд сразу нашел мой, и я затаила дыхание. Мужчина медленно осмотрел меня, подмечая простоту домашнего платья, небрежно заколотые волосы, отсутствие всяких драгоценных украшений. Я не удержалась и нервно сцепила пальцы перед собой: