– Так вот, я подумал… – продолжил Джарвис, уставившись на свои красные парусиновые ботинки. – Может, вместо Ирландии нам поехать туда на несколько дней? На выходные. Ты бы немного отдохнула… Если хочешь, мы могли бы взять с собой и твою маму. Насладиться там местными красотами. Это пойдет ей на пользу. А ты могла бы там сочинять.
Ее бросило в жар.
– Нет!
– Почему?
– Я не хочу туда возвращаться! Эта часть моей жизни осталась в далеком прошлом. Теперь я другой человек, и мне не нужны напоминания о том, что когда-то было. Все в прошлом, все кончено!
Джарвис закусил губу. Его темные волосы торчали вверх, густые черные ресницы вокруг голубых глаз были очень длинными и загибались на концах.
– Прости. – Кэт притронулась к его руке. – Я понимаю, что ты пытаешься быть добрым ко мне.
– Ничего подобного, – возразил он. – Хотя, да, в некотором роде пытаюсь. Но мне хотелось бы поехать с тобой. Было бы весело.
Кэт почувствовала себя виноватой. Какая же она идиотка!
– Прости, – промолвила Кэт. – Я же сказала тебе, что со мной скучно. Может, нам съездить в какое-нибудь другое место, чуть ближе? Например, в Саутенд на один день, когда погода улучшится?
Его лицо просияло.
– Ты серьезно? Это было бы здорово! – Джарвис даже подскочил на месте. – Я тут сижу и жалею себя, потому что ты отказываешься ехать со мной на выходные, и при этом забываю, что ты больна и мне нужно заботиться о тебе. Может, сделать тебе еще чая или какао? Хочешь виноград?
– Да, я как раз о нем подумала, – солгала Кэт.
Ей не хотелось прогонять Джарвиса, ведь он был так добр к ней, поэтому они еще посидели, поболтали и послушали музыку. Джарвис развлекал ее рассказами об учебе в актерской школе.
– Нам даже пришлось заниматься боевой подготовкой! – воскликнул он.
Кэт знала эту историю, но решила послушать еще раз. Она почему-то успокаивала ее.
– Знаешь, все эти мечи и другие принадлежности… Один из парней проявлял излишний энтузиазм и, усаживаясь на шпагат, повредил себе мышцы в паху. Это была неприятная травма, и она выбила его из тренировок на долгое время. А другой парень отказался надевать гульфик для защиты – ему показалось, будто он глупо выглядит. Теперь он всю жизнь будет сожалеть об этом.
Джарвис еще не ушел, когда после полуночи вернулись Трейси и Рик, или Трик и Рейси, как теперь звала их Кэт. Трейси не держали ноги, и, чтобы не упасть, она сжимала руку Рика.
– Последний бокал бакарди с колой был явно лишним, – грустно сообщила она, икая, и упала на стул. Рик отправился варить кофе.
– Как ты себя чувствуешь? – поинтересовалась Трейси, пытаясь сфокусировать взгляд на Кэт. – Тебе немного лучше?
Кэт поджала губы и многозначительно посмотрела на подругу.
Обычно Трейси даже в пьяном виде не болтала лишнего, но все когда-то происходит в первый раз. Похоже, Джарвис заметил волнение Кэт и мягко улыбнулся. Он был внимателен к чувствам других людей.
– Мне пора спать, – потягиваясь, произнес Джарвис. – Я загляну завтра проверить, как ты поживаешь.
Он ушел до того, как Рик появился из кухни с двумя чашками кофе и чашкой чая для Кэт. Рик подмигнул Кэт. Похоже, он выпил гораздо меньше Трейси, хотя обычно бывало наоборот.
– Он без ума от тебя, – заявил Рик, имея в виду Джарвиса. – Ты в курсе?
Трейси медленно кивнула, словно боялась, что ее голова оторвется.
– Кэт, это правда. Он тебя обожает. Кто угодно это подтвердит. Мы с Риком думаем, что Джарвис – отличный вариант. Он хороший добрый парень и любит тебя! – Трейси подчеркнула свою мысль хлопком по ноге и расплескала кофе на ковер.
Кэт нахмурилась. Прежде она об этом не думала, но после того, что сказали сейчас Рик и Трейси, пожалуй, готова была согласиться, что нравится Джарвису. И он ей, конечно, тоже нравился. Но в другом смысле.
– Глупости, – возразила она и пнула Рика ногой. – Вы оба пьяны. Мы с ним просто друзья, работаем вместе и неплохо ладим.
– Я бы не был столь категоричен, – заметил Рик, с любовью потрепав Трейси по волосам. Она снова пролила кофе. – Я знаю, что дело гораздо серьезнее. Все признаки налицо. Когда парень так влюблен, он ничего не может с этим поделать.
Виктория знала, что бессмысленно просить Ральфа посидеть с Саломеей, поэтому обратилась к дочери соседки.
Она очень переживала, что Ральф постоянно уходит из дома по вечерам вместо того, чтобы делать домашнее задание. Он не объяснял, чем занимается, и часто возвращался к тому моменту, когда она уже ложилась спать. Виктория чувствовала себя беспомощной и одинокой. Лео часто отсутствовал, но она всегда могла связаться с ним по телефону и попросить его поговорить с Ральфом. Лео являлся авторитетом для сына, и Ральф немного побаивался его.
Виктория понимала, что ей следует побеседовать с учителями. Вероятно, они порекомендуют ей запретить ему выходить из дома по вечерам в будни и установить «комендантский час» в выходные. Но после ссоры в Рождество, когда сын вернулся под утро, она боялась сказать что-нибудь лишнее, чтобы не раздражать его, и старалась быть осторожной, только бы он снова не исчез.
