— Я видела твой ник. Я Мэдисон, — Бруклин всегда превращалась в Мэдисон, когда свое имя я называть не хотела. И ником для всех мессенджеров я выбрала именно это имя в честь Мэдисон-авеню. Я решила, что не могу быть ни Манхеттен ни Квинс — значит буду Мэдисон.
— Приятно познакомиться, — пришел ответ. — Почему не спишь, Мэдисон?
— Как почему? У меня уже утро, — соврала я. Меня начал забавлять этот разговор.
— А ты где сейчас находишься? — спросил собеседник или собеседница.
— В Лос-Анжелесе, — ответила я, и отправив сообщение, поняла, что сделала ошибку — письмо придет, и собеседник увидит, что отправлено оно сейчас.
— Ну да, — смайлик. — И как у вас там? Тепло?
— Не то слово, — ответила я, почему-то улыбаясь.
— А у нас в Нью-Йорке прохладно, — ответил собеседник.
— А ты почему не спишь? — зачем-то спросила я.
— С тобой разговариваю, — ответил собеседник. — Вообще-то у меня сегодня был очень тяжелый день, устал, не могу заснуть.
— Знакомо, — я взяла чашку с кофе и сделала пару глотков. Кофе казался совсем не сладким. Когда-то я читала, что для того, чтобы почувствовать вкус кофе нужно либо его пить без сахара, либо очень сладким. Я предпочитаю сладкий кофе.
— Ты физически работаешь? Ты же женского пола? — я возмутилась. Феминизма во мне ноль, но все же собеседник задает сексистские вопросы.
— А если я женщина, то не могу работать физически? — я поставила удивленный смайлик.
— Можешь, но женщины все равно слабее мужчин, и не должны тяжело работать. Я не всегда слежу за этим на своих предприятиях, — ответил собеседник, и я скривилась. Очередной балабол. Любят люди врать, беря на себя чужие заслуги, и преувеличивая свои достижения.
— На всех предприятиях есть женщины, работающие не хуже мужчин, а иногда даже лучше, — сказала я. — А от тебя несет сексизмом.
— Да. Я считаю, что женщина — это костяк семьи, а не стройки, например. Я считаю, что женщина должна быть милой, мягкой и послушной. Во всем. Можешь называть меня сексистом, или, как вы там таких называете, — я читала, а сама поражалась, насколько оппонент категоричный.
— Я никак таких не называю. Единственное, я надеюсь, что ты все же мужчина, а не женщина. Потому что странно слышать от современной женщины такие слова, — я уставилась на экран в ожидании ответа.
— Ха-ха, я мужчина, Мэдисон, самый настоящий, — я мысленно попросила его, чтобы он не присылал фото своего члена. — Современный мужчина.
— Да уж, — я зевнула. — Прости, но как ты понял, у меня тоже ночь, поэтому я ухожу в царство Морфея. Приятно было пообщаться.
— Спокойной ночи, Мэдисон. Я еще напишу, — ответил собеседник.
— Спокойной ночи, Февраль, — ответила я, и закрыла крышку лэптопа, не написав, что буду ждать его письма. Не знаю, почему.
9.
Утро пришло неожиданно. Не успела я закрыть глаза, как заорал бешенный будильник. На самом деле он играл достаточно тихо, но мне показалось, что это трубят Иерихонские трубы. Нащупав телефон на прикроватной тумбочке, я, с трудом сконцентрировав внимание, отключила вопящее чудо, и упала лицом в подушку. Вставать совсем не хотелось. В квартире было сыро и зябко, благодаря тому, что на улице шел холодный октябрьский дождь, а под одеялом было тепло и уютно. Потянувшись и зевнув, я резко откинула его. Лучше так — свежий воздух меня разбудит лучше, чем будильник — давно проверенный способ.
Включив кофеварку, я подошла к окну. Дождь бил по стеклу, превращая уличные фонари в расплывчатые световые пятна. Было еще темно, но я любила вставать рано, чтобы успеть перед выходом спокойно почитать новости, заняться йогой, не спеша привести себя в порядок, и так же не спеша отправиться на работу. Я любила пить кофе и следить, как на улице появляются первые люди. Как привозят периодические издания в газетную лавку по соседству, а в цветочный магазин коробки с цветами. Тони смеялся надо мной, называя ранней пташкой и жаворонком, а иногда и будильником, но мой распорядок дня не менялся со времен школы, только сейчас, если я отходила ко сну слишком поздно, мне приходилось включать будильник. В обычные дни я этого не делала.
Когда я пришла в офис, там присутствовал только один сотрудник — босс. Он сидел у себя в кабинете и наслаждался кофе из «Старбакса». Жена ругала его за пристрастие к этому напитку, поскольку мистер Редвик страдал от повышенного давления, что время от времени приводило к кризам. Поэтому босс по полной отрывался в офисе, пока мы не конфисковали у него все кофейные запасы, и не запретили даже близко подходить к кофемашине. Но Босс нашел «Старбакс» в квартале от офиса, и теперь каждое утро, пока никто не видел, наслаждался большим стаканом любимого напитка.
— Доброе утро, мистер Редвик! — крикнула я, и мой голос эхом разнесся по пустым помещениям. Подойдя к столу, я поставила на стол сумку, сбросила пальто и включила компьютер.
— Бруклин, — он вышел из своего кабинета, и по офису разлетелся запах кофе не лучшего качества, — ты меня напугала.
— Ну так канун Хэллоуина, — повесив пальто, я пригладила волосы, которые сегодня оставила распущенными.
