— Ну да. Конфеты заготовила? — мистер Редвик прошелся по офису.
— Нет. Я как раз хотела с вами об этом поговорить, — он посмотрел на меня, приподняв брови.
— Ты не останешься здесь. Большой босс потерпит один день, — недовольное лицо Редвика «порадовало» бы мистера Феба.
— Я хотела попросить о противоположном. Сегодня мэр дает благотворительный бал-маскарад, — Редвик резко развернулся, — а мне подарили пригласительный билет. Я бы хотела…
— Сейчас, — мужчина расплылся в улыбке. — Иди домой сейчас. Я даю тебе оплачиваемый выходной.
— Но… — мистер Редвик всегда относился ко мне с отеческой любовью. Он мог позвонить охраннику, и тот приходил, чтобы прогнать меня, когда я засиживалась слишком долго. Он мог даже принести мне кофе, если я выходила работать в государственный праздник — он тоже работал всегда. — У меня есть обязательства перед мистером Фебом.
— С ним я сам разберусь, — Редвик махнул рукой. — А ты иди и веселись. Кстати, — мужчина скрестил руки на груди, — откуда у тебя пригласительный? Мало того, что взнос — это трехзначная цифра, да еще и в списки попасть мы, простые смертные, вряд ли смогли бы.
— Спутница брата моей подруги решила не идти, вот подруга и подарила мне пригласительный, — я решила не называть имен. Мистер Редвик хоть и говорит о себе, как о простом смертном, но его знакомствам и приятельским отношениям можно позавидовать. Мистер Феб — один из тех, с кем он может обговорить турнир по гольфу по телефону, или спросить у него, как поживает его матушка.
— Прекрасно, — он кивнул. — Софи тоже меня уговаривала позвонить мэру и выпросить пригласительный, но я не захотел. В конце концов у нас уже есть внуки, и мне приятней их раскрашенные лица, а не лица мэра и ему подобных в масках. Я их и так слишком часто вижу.
Я была вытолкана Редвиком еще до того, как пришли другие сотрудники. Дождь не прекратился, и до стоянки я бежала, сломя голову, и прикрыв, её же, папкой с чертежами. Поэтому не заметила, как к зданию подъехал автомобиль представительского класса, и из него вышел не менее представительный мужчина.
С Эй Джей мы договорились встретиться в четыре часа, и я решила, что раз уж мне не дали работать в офисе — я спокойно поработаю дома. Разложив свои чертежи и включив лэптоп, я принялась за изменение размеров окон и двери, что привело за собой работу над изменением размеров дома — мистеру Фебу показалось, что окна слишком малы, а он любит, чтобы дом был наполнен светом.
— Мог бы выбрать проект Кассандры — там света хоть напейся, — пробурчала я под нос. Не успела я закончить фразу монолога, как пришло сообщение на почту.
— Доброе утро, Брук, — написал босс боссов. — Редвик сказал, что ты плохо себя чувствуешь и он дал тебе выходной.
— Да, — коротко ответила я, а про себя подумала, что до этого Бен писал только очень короткие фразы, иногда ограничиваясь всего парой слов, а то и одним. — Я хотела остаться, но мистер Редвик практически заставил меня уйти.
— Правильно сделал. Не стоит усугублять ситуацию. Я, кстати, был сегодня у вас в офисе, и мы с тобой разминулись на минуты. Я хотел познакомиться с тобой, — пришло следующее сообщение, и я не смогла понять, сердится ли мистер Феб или нет.
— Очень жаль, — написала я, ни сколечко ни жалея. Как бы там ни было, лишняя встреча с главным боссом мне не нужна. Зная себя, я бы просто молчала и краснела, и выглядела, как туповатая малолетка.
— И мне жаль, но…Здоровье дороже. Выздоравливай, Бруклин. В следующий раз познакомимся, — написал мистер Феб. Мне польстили его сообщения, но все же в них было что-то странное, непонятное и немного пугающее. По стилю и тексту было непонятно — зол он, недоволен или ему все равно. Но внутренний голос попискивал о том, что он доволен мной и действительно хотел познакомиться и, самое главное, похвалить.
— Спасибо, — я даже в сообщении не смогла написать более развернутую фразу, что уж говорить о разговоре при личной встрече.
10.
Едва я закончила разговор с мистером Фебом, как на домашнюю почту пришло сообщение от того, кто называет себя Февраль: — Привет, Мэдди. — Я не люблю, когда меня так называют, — ответила я. Отправив это сообщение, я сообразила, что забыла поздороваться, а грубость мне не присуща. Поэтому вторым сообщением я написала: — Привет. — Окей, Мэдисон. Как дела? — я снова скривилась. Никого в реальности не волнуют твои дела, это просто слова вежливости. — Прекрасно, — ответила я. — Вот босс отпустил домой пораньше. — Это в честь Хэллоуина? — спросил собеседник. — Классный у тебя босс. — Самый лучший! — я достала из холодильника пиццу, и поставила на разогрев в микроволновую печь. Вместе с сигналом печи пришло и уведомление о новом письме. — Повезло с боссом. Я — совсем не такой. Мои сотрудники считают меня тираном и диктатором, а я не из тех, кого волнует мнение окружающих, — да уж, моему собеседнику не отказать в высокомерии и заносчивости. А может он просто все выдумал, решив поиграть в бизнесмена — я же не узнаю, кто он на самом деле.
