— Тогда идем отсюда, а? — предложила я.
— Прочь из дворца? — спросила Амалия с надеждой.
Обрадовавшись, что наши мысли сошлись, мы решили сбежать незаметно и направились к двери. Ами едва приоткрыла ее, но тут же остановилась и приложила к губам палец. Из коридора донеслись голоса.
Ами шла первой. Начав открывать дверь, она замерла, тихонько притворив створку, но не полностью, а так, чтобы осталась небольшая щель. Повернувшись ко мне, подруга приложила палец к губам, и я сдержала, готовый сорваться с языка вопрос.
В зазор между створкой и косяком была видна часть коридора и две одетые в черное фигуры
— пониже и повыше.
— Не смей! — змеей шипела ерисса Прим, надвигаясь на сына. — Ты и так уже достаточно нас опозорил своими выходками!
— Вас, или тебя лично, мама? — яд так и сочился из уст Кристобаля, хотя он говорил нарочито спокойно. — Не думаю, что отец с тобой согласен в этом вопросе.
— Твой отец, как приличный ерр, прошел ритуал в храме Эфира и женился на истинной.
— Наверное, поэтому вы оба так несчастливы в браке?
Хлесь!
Голова Криса повернулась от увесистой пощечины — удар у ериссы Прим был хорошо поставлен. Прикоснувшись к щеке, некромант нехорошо улыбнулся.
— Вот, значит, как, мама? Репутация и приличия у тебя всегда на первом месте? А как же тот ерр, которого я застал в твоей спальне слегка неодетым? — он сделал шаг вперед, нависая над прямой, как палка, женщиной.
Хлесь!
Ерисса Прим ударила сына по второй щеке.
— Еще шаг, и я тебя прокляну!
— Зачем ты так со мной, мама? Ты так сильно ненавидишь отца, что вымещаешь обиду на мне?
— Чушь! Я люблю тебя, Кристобаль, поэтому против необдуманных решений. Отпрыск славного рода Прим достоин большего, чем какая-то там выскочка. Что, вообще, за род такой Риано? Когда они получили дворянство? На днях?
Ами дернулась было, желая выйти и высказать все, что она думает по этому поводу, но я ее удержала. Как бы эта милая и достойная женщина не прокляла и ее. Словно некроманта вещь жесткая, потом будет очень сложно убрать смертное пятно с ауры.
— Не надо!
— А если бы я, «как приличный ерр», тоже пошел в храм, и именно Амалия стала моей истинной, ты бы все равно настаивала на своем, мама?
Ерисса Прим не нашлась, что ответить. Крис только покачал головой.
— С дороги! — грозно рыкнул он и, обогнув мать, направился к покоям, где мы находились.
Ами быстро дернула дверь на себя и щелкнула замком. Ее взгляд загнанно заметался по комнате. Не задавая лишних вопросов, я потянула ее к большому в пол окну, выходящему на террасу, а оттуда в маленький садик. Без слов было ясно, что подруга не желает встречаться с Примом прямо сейчас.
И это правильно. Они оба на взводе после случившегося, и ничего хорошего из их разговора все равно не выйдет.
Углубившись в садик, мы натолкнулись на вычурную кованую ограду, отделяющую его от дворцового парка.
— Амалия! — раздался из-за деревьев голос Кристобаля.
Похоже, с замком он разобрался слишком быстро.
— Мари, не хочу его видеть! Спрячь меня, ты же все тут знаешь... — Ами смотрела умоляющим взглядом.
Позади затрещали кусты, и я поспешно огляделась, пытаясь сориентироваться.
— Идем!
Я первой не без труда проскользнула между прутьями решетки.
— Прим здесь, вообще, не пролезет, он слишком крупный.
Ами без разговоров последовала за мной. Сняв туфли и подобрав длинные подолы, мы побежали. Когда я привела Амалию в Орлиную Башню, она уже немного успокоилась и даже принялась заинтересованно осматриваться по сторонам.
На самом верху нам навстречу вспорхнула стайка мелких пташек, облюбовавших это место в качестве гнездовий. Ами взвизгнула и отшатнулась, едва не сбив меня с лестницы, когда они порхнули нам в лицо.
— Хорошо, что это не орлы, — пошутила подруга, когда первый испуг прошел, и мы, посмеиваясь над собственной трусостью, закончили подъем. — Ой... какая высота! — Амалия осторожно приблизилась к краю пролома и посмотрела вниз, придерживаясь рукой за стену. — Видно всех, кто внизу, а нас — совсем не видно. Мне здесь нравится.
— И мне. Бывало, я тоже спасалась здесь от обид или когда хотела побыть в одиночестве. А еще. здесь я встретила Дэрина.
— Это было в тот день, да?
Щемящая боль в сердце, заставила меня отвернуться и часто-часто заморгать.
Амалия подошла и просто обняла. Так мы и стояли молча, сжимая друг друга в объятиях и стараясь не всхлипнуть. Когда немного попустило, и эмоции улеглись, мы уселись на старую невесть откуда взявшуюся в этом месте балку, стараясь не испачкать платья.
— Что ты думаешь делать? — я задала вопрос.
Ами молча покачала головой, уставившись в одну точку.
— С Кристобалем? Я не знаю. Он мне очень нравится, но ни разу не говорил со мной о чувствах. И этот поцелуй, и внезапное предложение... Я не была к такому готова! — Ами приложила ладони к порозовевшим щекам. — Это не честно. Я не понимаю, зачем со мной так? Но мне почему-то теперь мне кажется, что он просто хотел насолить матери, зная, что я все равно не соглашусь.
— А ты. хотела бы согласиться?
