Тео садится на диван. Черт, он идеально смотрится в этой шикарной обстановке, даже в футболке и джинсовых бриджах. Я вижу, что он уже напряжен. Жаль, недостаточно, чтобы сделать все быстро.
– Не люблю такие ощущения. Отпусти.
– Ты не знаешь, что любишь. Неискушенная девочка, я это чувствую и у меня мозг отключается. Это будет весело, обещаю. Расслабься и делай то, что хочет твое тело. Перестань бояться меня…
Ах так! Значит, решил поиграть в искушенного засранца? Не отпустишь?
Во мне вспыхивает гнев, он пунцовой нитью вплетается в желтый огонь желания и связывает все в крепкий узел.
Ну хорошо, Теодор Адамиди, устрою я тебе сейчас не искушенную девушку. Сам рад не будешь!
– Брюки зубами расстегивать не буду, – заявляю, опускаясь на колени.
Этого ты хочешь, Тео? Покорную, невинную и соблазнительную? Посмотрим, удастся ли мне справиться с этой ролью. Поверь, я очень постараюсь.
Пока мой босс сам разбирается с бриджами, медленно подползаю к нему. Это не очень удобно. Наручники бесят до крайности. Примерно так же остро, как внизу горит возбуждение. Дурманящий разум коктейль, которым я должна угостить Теодора Адамиди.
Стою напротив него на коленях и удивленно смотрю на обтягивающие идеальное тело боксеры с наименованием известного бренда на резинке.
– На них нет пуговиц и молний, – хмыкает Тео.
Сволочь! Это в мои планы не входило, но ничего, так даже лучше.
Спортивные мужчины – мой фетиш. Теодор Адамиди в потрясающей форме. Он не один из тех тонконогих сухих до крайности мужчин, что сейчас так популярны. Но в нем нет и ни грамма лишнего жира. Только выразительно очерченные мышцы.
Подползаю ближе, он позволяет оказаться очень близко. Недавно принимал душ, от него еще пахнет ментоловой свежестью и немного соленым морским воздухом. Аве кондиционеры, никакого пота!
Схожу с ума, вдыхая его аромат. Мозг отключается, план мести расплывается в сознании, когда я прикусываю зубами резинку и стягиваю вниз. Он на свободе. Красивый, чуть изогнутый с поблескивающей широкой головкой – этот парень готов к работе.
Я не умею, но этого и не нужно, чтобы дразнить. Медленно провожу языком от основания по стволу к головке, чувствую, как едва заметно пульсируют вены. Слышу судорождый выдох Тео. Не ожидал от невинной девочки таких игр?
На самом деле, часть меня в ужасе. Принять его внутрь? Такой большой? Не уверена, что смогу. Но сегодня и не надо. Достаточно только обхватить губами головку и подразнить гладкую кожу язычком.
Поднимаю взгляд и вижу потемневшие глаза Тео. Он сжимает зубы, чтобы не застонать, чтобы не капитулировать перед девушкой, стоящей на коленях со скованными за спиной руками.
Кажется, я нашла твой фетиш, Теодор Адамиди. Ты любишь, когда губы сжимают суть сильнее, а язычок делает вот так, по часовой стрелке. И да, о да. Обязательно смотреть в твои безумные карие глаза.
– Аня… – сдается и шипит сквозь зубы.
Опускает руку на мою голову, но я уворачиваюсь и отстраняюсь. Нет, мы играем по моим правилам, большой босс. Ты сам этого хотел.
– Садистка, – ворчит Адамиди, но ждет, пока я поднимусь на ноги.
Получается неуклюже, мое тело итак на пределе. С каждой минутой становится больнее, а мужчина напротив – желаннее. Ноги не держат, но всего два шага и я на месте. Точнее, верхом на самом сексуальном мужчине, которого я знаю.
И нет, он не во мне, поэтому и фырчит от негодования, когда двигаю бедрами и дразню раз за разом.
– Я боюсь тебя? Я неискушенная и зажатая? – трусь раз за разом о его тепло и понимаю, что сама скоро не выдержу. Черти. – А какой я должна быть? Для меня ненормально трахаться с незнакомым мужчиной. Ненормально без чувств и обязательств. Ненормально, что мой партнер даже не смотрит на меня, а использует, как резиновую вагину из секс-шопа. Я все это чувствую и да, после такого секса мне противно, Тео. Я чувствую себя грязной, использованной, несчастной.
– Аня, – выдыхает мое имя снова.
Горячие ладони скользят по бедрам вверх,заставляя уже меня сжать зубы и не стонать от удовольствия. Сейчас впервые я могу рассмотреть его лицо: приоткрытые губы, потемневшие глаза и напряженно сведенные широкие брови.
– Я думал, тебе так легче. Обезличенно, – произносит Тео.
– Дурак, – наклоняюсь и хочу коснуться его губ, но босс уворачивается и вместо этого с силой нажимает мне на бедра.
Метко. На максимум. Он во мне весь, напряженный, горячий, растягивающий. Хочу больше. Можно ли получить еще больше Теодора Адамиди, когда он уже весь в тебе? Ума не приложу, только тело.
Это как сигнал к действию. Выключатель для моего разума. Я схожу с ума, чуть отклоняюсь назад и двигаюсь так, как будто хочу использовать его. Зло. Быстро. Так, как мне нравится. Глубоко и каждый раз на максимум. Шиплю что-то нечленораздельное, почти злое и мстительное.
Нихрена мне было так не легче, Адамиди. Нихрена не легче. Почувствуй на себе, как это быть просто игрушкой. Не управлять действиями, ничего не решать. Я не слушаюсь его рук, которые удерживают и пытаются управлять моими движениями. Извиваюсь, пытаясь их скинуть.
