Целует шею, ключицы. Теплая вода кажется мне ледяной, по сравнению с его поцелуями, прикосновениями. Сжимает мои бедра так сильно, что стону от боли и желания ему в шею. Отвечаю ногтями в его плечах. Он как будто не замечает этой боли и с силой входит в меня сразу на всю длину.
Наконец-то. Не понимаю, как я могла при гипнозе перепутать его и кого-то другого. Это Тео. Жесткий, сильный и бескомпромиссный, но в тоже время чуткий и до боли одинокий. Я чувствую это в каждом рывке, в каждом движении и стоне.
Отдаюсь ему вся, желая сказать: «Ты не одинок, Тео. Я с тобой. Я буду рядом с тобой столько, сколько позволишь ты сам».
Он понимает меня. Понимает поцелуи, понимает слезы на глазах и крик на пике.
Мы замираем. Тео пульсирует во мне. Я прижата к стене и поглаживаю расцарапанные плечи.
– Я случайно, – зачем-то оправдываюсь.
– Еще одно слово, и я от тебя не уеду, – рычит мне на ухо Адамиди, прижимая к стене еще сильнее.
* * *
– Ты расскажешь мне о том поцелуе?
Я лежу в мягком черном халате на гигантской постели своего босса и наблюдаю, как он застегивает пуговицы на черной рубашке. Идеален: черные брюки, рубашка и чуть приталенный пиджак дожидается его на вешалке. Влажные после душа волосы зачесаны назад, пара непослушных прядей спадает на лоб.
– Не хочу, – поджимает губы Адамиди, снимая пиджак с вешалки.
Хмурюсь от обиды, но не тороплю. У него тяжелый день, похороны отца, а тут еще и я со своими вопросами. Не время, Аня, не время. Может быть, в другой день, когда босс будет в хорошем настроении, он сам всё расскажет. Однажды настанет такой день, я верю. Дура.
– Хватит заниматься ерундой, Аня. У тебя куча дел. В гардеробной есть свободные полки, можешь пока разобрать вещи. Через час приедет Алик – стилист – он сделает тебе образ, подходящий для моей помощницы. Через два часа Алина, она фэшн-байер, поможет тебе закупить новый гардероб. Чтобы работать со мной, ты должна перестать быть серой мышкой. Поняла? Слушайся их во всем.
Тео застегивает последнюю пуговку пиджака и строго на меня смотрит. Босс. Адамиди снова напомнил мне о формате наших отношений, вернул с небес на землю. Я тут всего лишь работаю. Мое дело выполнять поручения и заниматься сексом, когда это требуется – не лезть в душу.
Вот только…
– Я буду жить в твоей комнате?
– Да. Это не обсуждается. Вернусь в районе девяти вечера. Если тебя прижмет, пиши – сразу приеду. Только попробуй не сообщить, понятно? – сводит широкие брови.
– Хорошо босс. Но комната? Я обещаю, что буду обо всем говорить. Можно мне отдельную спальню? Я не могу так, без личного пространства.
Адамиди зависает. Видимо, такая простая мысль в его голову не приходила. Хмурится еще сильнее.
– Нет. Я хочу так. Ты в моей комнате, в моей постели каждую ночь.
Не успеваю возмутиться, напомнить, что я не купленная шлюха, а свободная девушка, как он разворачивается и буквально вылетает из комнаты, громко хлопнув дверью спальни.
Не догоняю. Не хочу. Мне плохо. Куда дели Тео с острова? Куда дели Тео из душа? Кто теперь вместо него? Я же не шлюха, не пленница или…теперь да?
Что, черт возьми, происходит с Теодором Адамиди?
«Что я нес, мать твою?»
Этот вопрос занимает мою голову, пока еду до нашей загородной резиденции, пока слушаю отчет администратора похорон и киваю сотне людей, выслушивая соболезнования. Адам, разумеется, показал всем лицемерам фак и свалил на кладбище, якобы проверить, все ли там готово.
Через час меня начало подташнивать от этих людей и журналистов. Разумеется, похороны такого влиятельного человека не обошлись без них. Хорошо, что просто толпились у входа, а не брали дом штурмом.
Чтобы никого не убить за лживые слова ободрения, каждый раз представляю Аню. Искреннюю, наивную и вспоминаю её странный порыв: руки, обнимающие мою шею, и тихий шепот. Это было единственное настоящее утешение в моей жизни.
– Тео! – машет рукой Артем. – Держись, брат. Совсем достали? Где Адам?
– Нормально. Переживу и забуду, как страшный сон. Адам с мертвецами, продолжает демонизировать образ, – пожимаю руку старого знакомого.
Тут же вспоминаю, что он целовал Аню тогда на яхте, и едва не ломаю ему пальцы. Взять себя в руки. Срочно!
Это будет долгий, долгий день.
И когда я вернусь вечером домой, хочу, чтобы Аня ждала меня. Хочу, чтобы обняла как тогда, в кабинете у Адама. Хочу, чтобы оказалась в моей постели.
Кажется, я слишком многого от неё хочу…
Вещи я так и не распаковала. Буду биться за отдельную комнату до последнего. В крайнем случае, останусь спать прямо здесь – на неудобном кожаном диване.
Зато разобралась с кухней, нашла кофе и теперь насыщенный аромат наполняет кухню и гостиную.
