– И вы узнаете, кто заказчик?
– Если повезет, то да. Но я ставлю на подставное лицо.
Адам опирается спиной на стену. Он так удивительно спокоен, что мне хочется его ударить. Хоть как-то расшевелить. Эй, придурок, у тебя брать чуть не погиб. Но к своему ужасу понимаю, что это для братьев Адамиди уже обыденность.
– Что с плечом?
– Все в порядке. Пуля прошла навылет. Нужно дождаться, пока ткани срастутся, – пожимает плечами и морщится от боли Тео. Забылся.
– У нас есть проблемы посерьезнее его ранения. Все произошло на глазах журналистов. Уже пошли статьи. Завтра мы должны собрать пресс-конференцию. Накопилось слишком много вопросов.
Адам, не отрываясь, смотрит на Теодора сквозь стекла очков. Кажется, между братьями происходит негласная борьба. Седовласый настаивает – Тео отказывается.
– Отца больше нет. Мы можем начать официальное расследование. Теперь ты глава семьи, Тео. Будешь под прицелом камер – будешь в безопасности. Это может стать нашим козырем, твоим амулетом против убийц. Отца только похоронили, а тебя уже дважды попытались отправить следом. Понимаешь, насколько все серьезно?
– Я отказываюсь использовать Аню, – брюнет напряженно сжимает пальцами покрывало на кровати. Он ранен, но не сломлен. Он все еще главный.
Вот только теперь в деле замешана я.
– Может, я решу сама? – влезаю в перепалку.
Мужчины вздрагивают и смотрят удивленно, как будто забыли о моем существовании. Что, не привыкли прислушиваться к мнению третьего? Придется научиться, братья Адамиди. Я не позволю что-либо решать за меня. Теперь, когда благодаря Тео выбралась на свободу из мира унижений и скандалов.
– Нет, – отрезает Теодор.
– Хорошая идея, – с улыбкой кивает Адам и проницательно прищуривает глаза. Все-таки его взгляд – нечто. Он словно видит тебя насквозь от дырки на носке до тайных желаний сердца. Это страшно. Раньше, чем ослабленный и медленный Тео успевает что-то сказать, Адам вываливает на меня информацию:
– Мы держали в тайне все покушения. Отец настаивал. Считал, что репутация семьи – самое важное. Типа Адамиди непогрешимы и их невозможно убить. Бред сивой кобылы, на мой вкус, но спорить с ним было бесполезно. Сейчас отца нет. Я предлагаю официально заявить полиции обо всех покушениях, выдать эту информацию СМИ, чтобы за Тео этот месяц до оглашения завещания следили не только наши люди, но и полиция, и видеокамеры журналистов.
– А причем здесь я?
– А ты, – Адам коварно улыбается, – будешь героиней, которая спасла жизнь Теодору Адамиди. Нальем флера романтики. Двое на необитаемом острове. Подогреем журналистов еще сильнее, очистим тебя от сплетен, если кто-то узнает, с кем Тео был в том ювелирном. По-моему, вариант идеальный.
– Да ладно? – Теодор умеет сарказм не хуже брата. – Только я чихнуть не смогу без ведома журналистов. Но это ничего, я привык. Ты про Аню подумал? Она не привыкла к такому вниманию, её начнут осаждать. Ей придется выходить со мной и светить лицом. И как ты представляешь наше расставание через месяц? Если она доживет. Ты не думаешь о том, что убийцы могут попытаться манипулировать мной через Аню? Похитить её?
В моей голове тоже картинками из аппарата для показа диафильмов пролетали варианты развития событий. Кто-то крутил ручку и одно сменялось другим: я в подвале, в меня прилетает шальная пуля.
Зато теперь понятно, кто заказал для меня красивые платья. Не Тео. Адам.
Видимо, эта битва между братьями идет не первый день.
Но выбирать не им. А я? Я знаю, что делать.
– Тео, я тоже в комнате. Не говори обо мне в третьем лице, – выдыхаю. – Я согласна с Адамом. Сделаю всё, что нужно.
– Умница, – выгибает бровь над дужкой очков Адам и улыбается почти с гордостью. – Другого и не ожидал.
– Зато я ожидал, что ты будешь более благоразумна, – ворчит Тео, но не опровергает. – Обсудим позже. Дайте мне немного поспать. Идите вы оба…к черту.
Прямо в одежде залезает под одеяло и укладывается на здоровый, правый бок. Кожей чувствую, как ему больно и страшно, но послушно выхожу следом за Адамом.
– Сварить тебе кофе? – уже в гостиной. – Тяжелый выдался денек.
– Не надо. Займись лучше этим ворчуном. Завтра он должен присутствовать на Совете директоров. Сбор назначен на одиннадцать в «Эко-фарм». Теодор должен представить преемника. Сразу после, на двенадцать, назначена пресс-конференция в отеле напротив. Позвони пиарщице «Эко-фарм», она все расскажет.
– Алена в курсе? – удивленно приоткрываю рот. Адам хмыкает и щелкает меня холодным пальцем по подбородку, закрывая рот обратно.
– Разумеется. Кто-то должен работать, пока вы тут зализываете раны и разбираетесь друг с другом. У тебя есть время до утра, чтобы убедить Тео....
Смотрю, как в дверном проеме скрывается широкая спина Адама. Слышу, как хлопает входная дверь и понимаю, что в панике. Как уговорить? Что я должна делать?
* * *
В комнате приятный полумрак. Теодор все так же лежит на боку и, по дыханию слышу, не спит. Не знаю откуда берется смелость, но я ложусь рядом с ним, обнимаю за талию и прижимаюсь щекой к спине. Несмело целую и касаюсь лбом загорелой кожи.
