Удостоверившись, что старик не сбежит, Лейла неторопливо прошествовала к прилавку. Она с неподдельным интересом изучила висевшую на стене фотографию с изображением Арифа и Рашида на фоне побережья Сансет-Бич.
– Милый мальчик, – оценила Лейла. – Внук или сын?
Археолог стиснул зубы. Джинну не удастся выудить из него ни крохи информации! Волшебница не узнает ни про внука, ни про подвал, ни про артефакт, даже если подвергнет его пыткам.
– Почему все смертные настолько глупы? Годы эволюции, словно не влияют на ваш разум! – подвела итог Лейла, огорченная безволием старика, и вновь щелкнула пальцами.
Мистер Гафури, подобно пушинке взмыл в воздух, оказавшись под деревянным потолком магазина. Несмотря на страх, проникающий в его сознание, выражение лица археолога оставалось непроницаемым.
– Каждый раз история повторяется! Неужели вы надеетесь, что молчанием сможете одержать победу над врагом?
Легким взмахом руки Лейла швырнула старика в стеллаж с маслами. Ударившись о шкаф, Ариф с грохотом упал на пол. Банки и флаконы, превратившись в осколки, перемешанные с брызгами ароматического масла, посыпались градом на археолога, походившего в данную минуту на тряпичную куклу.
Чародейка потерла виски, которые охватила пульсирующая боль – цена магии, использованной себе во благо. Затем тряхнув головой, она собралась мыслями и подошла к хозяину лавки. Ей пришлось подобрать подол платья, дабы не замарать в масле, растекающемся лужей по паркету. Присев на корточки, Лейла впилась взором в старика, лицо которого покрывало кружево кровавых царапин.
– Спрашиваю еще раз: кто ты такой? Ты не Страж, иначе бы попытался остановить меня, – голос Лейлы звучал холодно. Черные пряди волос, подобно гремучим змеям, извивались в воздухе, а миндалевидные глаза горели желтым обжигающим пламенем.
Ариф, превозмогая боль, иронично улыбнулся.
– Я ничего тебе не скажу, джинн! – просипел он. – Зря тратишь силу…
Лейла наклонила голову набок, продолжая сверлить взглядом надменного старичка, решившего воспротивиться ее воле.
– Скажешь, еще как скажешь!
Волшебница, борясь с брезгливостью, обхватила окровавленную голову старика тонкими пальцами. Мигрень, стремилась выстроить стену, но Лейла была сильнее. Она почувствовала, как волна чужих воспоминаний мощным цунами ворвалась в ее разум.
Подобно самуму, память Арифа несла Лейлу сквозь непроглядную мглу. И вот туман расступился, открывая взору темную каменную гробницу, высеченную в известняке. Масляные лампадки тускло мерцали, лениво рассеивая мрак. Света было достаточно, чтобы джинн мог разглядеть полки из палисандра, на которых под номерами лежали всевозможные предметы. Здесь была тьма сокровищ: жемчужное ожерелье из черного жемчуга, меч с диковинным эфесом, лист папируса, исписанный иероглифами, золотой перстень с нефритом в виде ястребиного когтя, серебряный кулон в форме полумесяца и множество других вещей, каждая из которых была помечена едиными символами. Лейла знала, кому принадлежат эти вещи – ее народу. Она помнила каждый предмет, хоть память старика искажала реальность.
Перелистывая воспоминания Арифа, как летопись жизни, женщина остановилась на еще одной главе. Гробница сменилась тесной каморкой, где сморщенная рука заносила цифры в старую книгу. Сейф. Старик спрятал рукопись в металлический ящик. Но интерес Лейлы возрос, когда она приметила в полумраке хранилища очертание какого-то предмета, укрытого ворсистой тканью. Бархатом… Оно! Оно взывало к Лейле, ибо было сотворено богами!
Лейла резко отпустила голову Арифа ибн Навида Гафури, и тот хорошенько приложился затылком к деревянному покрытию, но не лишился сознания.
– Фазир, Омид, Джанисат, Арзу, Нариман и прочие, где они? – Джинн была в гневе, а языки пламени в ее глазах готовы были спалить магазин и его владельца дотла.
Ариф вновь иронично улыбнулся. Джинн может его покалечить, но не убьет. Иначе дамочке придется вернуться в свой кувшин, а она явно вознамерилась обрести свободу. Он вытерпит муки и не выдаст тайны. Скоро, очень скоро волшебница пожалеет о содеянном. Стражи уже в пути. А когда они явятся в Город ангелов, проклятой чародейке не удастся избежать расплаты.
Лейла злобно выругалась на неведомом археологу языке и поднялась на ноги. Ее трясло от ярости. Она гневно пнула ногой старика. Тот, не проронив ни звука, издевательски оскалился окровавленными зубами.
«Проклятый пособник богов! Потешайся, пока есть время! Я скину кандалы плена и отыщу собратьев. И тогда вся человеческая раса и высшие силы пожалеют о том, что тысячи лет назад не пали ниц пред могущественными джиннами!»
Оставив старика безвольно лежать на полу, Лейла направилась к лестнице, ведущей на второй этаж и спускающейся в подвал. Она отыщет пресловутый артефакт, даже если ей придется перевернуть вверх дном эту мерзкую обитель смертного!
