Я опешила. Уж в таком контексте я ситуацию точно не могла себе представить, но переубеждать наставницу не стала. Нет-нет, Аня чудесная девушка, она не поступила бы так, даже из-за обиды. И если думать, что каждый может тебя подставить, как тогда работать? Это ж получается, не коллектив, а серпентарий какой-то.
— Я на твоем месте так и написала бы в объяснительной, запрос тебе принесли вчера, на словах сказали, что срочных документов нет, а ты была занята и не проверила. Тем более, такие документы идут через меня, к тебе не должны попадать вообще. Не надо покрывать чужое раздолбайство. Мне эта ситуация грозит минимум выговором с внесением в личное дело, а ты вообще на испытательном сроке еще и вылететь можешь в любой момент. Тебе это надо? — Лариса клацала ногтями по клавиатуре, по-прежнему не поднимая на меня глаз.
Вот черт! А ведь и правда, я тут пока на птичьих правах. Нет, я не могу потерять работу так быстро и так глупо. В конце-концов, это не моя вина! В груди разливалось противное ощущение, будто тело заполнялось холодной водой, от груди до кончиков пальцев. Нельзя этого допустить, нельзя.
Да, вряд ли Аня специально что-то подстроила, но могла же и она ошибиться? Наверное, могла, ведь по всему получается, что это именно ее промах. И вообще из-за ее неуместного поведения мне теперь неизвестно сколько последствия разгребать. Не удивлюсь, если этот мелкий пакостник только первая ласточка.
Я прислушалась к совету Ларисы и изложила все так, как она подсказала. Через десять минут объяснительная была закончена. Нести ее к начальнику сама я не решилась, попросила Ларису.
14. Свадьба
О своем решении я пожалела почти сразу. Где-то в груди поселилось неприятное липкое ощущение, мешающее вдохнуть полной грудью. Оно не давало сосредоточиться на работе, цифры и таблицы на экране превращались в сплошную кашу, а попытки сфокусировать на них взгляд вызывали лишь приступы головокружения.
Лариса быстро вернулась из кабинета начальника, и, вроде бы даже повеселела — по крайней мере суетиться стала меньше. Вслед за ней прибежала и Саша, будто специально где-то отсиживалась, пока гроза пройдет мимо. Рабочий процесс в отделе пошел своим чередом.
Я несколько раз порывалась пойти к Роману Анатольевичу и объясниться, но так и не решилась. Трусиха, чертова трусиха! Всегда ведь старалась поступать правильно, а тут что? Нужно было сразу брать вину на себя и будь что будет — ну уволят, подумаешь, не убьют же. Сразу! Вот именно, а не после этой дурацкой объяснительной.
От дальнейших резких действий меня удерживала надежда на то, что эта бумажка не пойдет дальше нашего отдела — Роман Анатольевич не любитель выносить сор из избы, директор уехал куда-то на неделю, так что шансы на то, что ситуация не получит огласки, оставались, и неплохие. Я постаралась загнать нарастающий страх, и совесть, глумящуюся над моим несчастным мозгом, подальше в глубины сознания, и продолжила выполнять рабочие обязанности, будто ничего не произошло.
«Перемелется — мука будет», напомнила я себе бабушкину мудрость в очередной раз. День переждать, в пятницу у меня отгул — Светкина свадьба, а там решу, что делать дальше.
Зная подругу, я предполагала, что дело ограничится скромным мероприятием — тихо расписались и пошли в кафе с друзьями. Но она смогла меня удивить — белое платье, букет, торжественные речи, покатушки по «местам славы», замочек на местный «мост любви», и все это с фото— и видеофиксацией.
— Свет, а зачем все это? — улучив момент, пока фотограф запечатлевал многочисленную родню жениха на фоне очередного памятника, а невеста скромно улизнула в сторонку попить водички, я не выдержала и озвучила зудевший вопрос, — ты, насколько помню, хотела скромную регистрацию?
— Хотела, и Виталя согласен был, но Изольда Михална настояла, пришлось уступить, — она расправила микроскопическую складочку на платье, стряхнула прилипшую к юбке травинку и драматично вздохнула, закатывая глаза, — люди не поймут, если свадьбы не будет.
— Тоже тогда пригласила бы весь свой табор, — я кивнула в сторону Светкиных родителей, которых в этот момент тащили фотографироваться со сватьей, — для равновесия.
— А мне вас троих достаточно. Мне перед половиной города красоваться не надо, — Света внезапно расчувствовалась и порывисто обняла меня, прижимая к колючему от нашитого бисера корсажу, — Все будет хорошо, Веруня, правда?
— Конечно будет! — я отстранилась и энергично закивала, — Все будет отлично!
В следующий миг невесту у меня умыкнули — пришла пора ехать в ЗАГС. А потом — торжественная регистрация, шампанское, лепестки роз и голуби. И китайское кафе, которое тоже, видимо, выбирала свекровь. Сама Света не особенно ценила восточный колорит, да и кухню предпочитала европейскую.
